Кроме того, вместо обычного по-английски скупого приветствия он выдал:
– Как вы себя чувствуете? Может быть, мисс нуждаются в аспирине?
Мира взяла инициативу в свои руки:
– Мисс нуждаются в прочистке мозгов. Видимо, это вы здесь дежурили вчерашней ночью?
– Именно так, – не переставая улыбаться, подтвердил портье.
– И, должно быть, вы видели, как мы вчера вернулись в отель?
– О нет, мисс, – к нашему разочарованию, портье отрицательно помотал головой. Однако загадочно помолчав, он добавил: – Слово «вернулись» в данном контексте не употребляется.
Я бы сказал, что видел, как вас вернули в отель.
Проглотив возмутительную фамильярность, Мира умоляюще на него взглянула.
– И как это было? Кто нас, как вы выражаетесь, вернул?
– Два симпатичных джентльмена, – невозмутимо ответил портье, – один русоволосый, в твидовом пиджаке, другой темненький. Они извинились передо мной и сказали, что нашли вас в одном из ночных баров. Вам стало плохо, но вы сумели пробормотать название своего отеля. Джентльмены были так любезны, что погрузили вас в такси и доставили сюда.
У меня упало сердце. У меня и раньше были поводы задуматься о безграничности мужской подлости, но все же до этого самого момента мужчины, по крайней мере, не исчезали из моей жизни столь скоропостижно. И никто из них не прихватывал с собой мои туфли.
– А в чем мы были одеты? – упавшим голосом спросила я.
Портье удивился – впервые за весь наш разговор.
– Мисс даже не помнят, в чем они отправились на вечернюю прогулку? На вас были джинсы и свитера… Единственное, что показалось мне странным… Мисс обе были босиком.
Потеряли где-то туфли, да?
* * *Несмотря на то что наши головы были переполнены самыми разными дополнительными вопросами и хлесткими взаимными обвинениями, мы, не сговариваясь, решили забыть об этой истории. В голове не укладывалось, зачем потомственным аристократам было опускаться до унизительного воровства и зачем было рисковать, подсыпая в наше шампанское клофелин. Самым главным было то, что наши убытки составляли: а) два вечерних платья из последней коллекции «Эскада» стоимостью в несколько тысяч евро; б) две пары вечерних босоножек; в) грошовые сумочки, в каждой из которых валялось по несколько пятидесятифунтовых бумажек.
Ну и, конечно, хорошее настроение и вера в мужское благородство, которая, как нам тогда искренне казалось, была утрачена нами навсегда.
Некоторая ясность была внесена в наше печальное приключение только через несколько дней.
