Она была подписана заглавной буквой «П», и Джон понял, что записка от Уильяма Питта. Во время перерыва в заседаниях он пошел в личный кабинет премьер-министра.
Уильям Питт пожал ему руку.
— Благодарю, что пришли, Расселл. Прошу вас, садитесь. Хотя мы с вами представляем в парламенте противоположные стороны, в данный момент у нас есть общие интересы.
— Объединение Великобритании и Ирландии, — кивнул Джон.
— Я хочу предложить Акт об объединении. Если вы можете работать за сценой и гарантировать мне дюжину голосов вигов, я думаю, что мы сможем провести этот акт в палате общин.
Если мы объединимся, то за этим скоро последует предоставление свободы вероисповедания католикам.
— А как насчет возражений короля?
Питт сложил пальцы домиком.
— Это деликатное дело, из тех, которые я не стал бы обсуждать с другим вигом. Могу ли я доверять вам? Хотите ли вы работать ради общего блага, а не поднимать голос за регентство, которое сокрушит династию?
— Даю вам слово.
— Последнее время я несколько раз бывал в обществе короля Георга и понял, что он больше не в состоянии вмешиваться в политику.
— Попросту говоря, вы не будете говорить с ним об ирландских католиках.
— Вот именно.
— Этот Акт об объединении нужно провести через парламенты обеих стран, — напомнил Джон.
— Главный секретарь министерства финансов Ирландии лорд Каслрей уверяет меня, что их парламент согласится на объединение, если при его принятии мы пообещаем позволить католикам стать членами парламента и если отменим пошлину на ирландские товары, продаваемые в Англии.
— Я добуду для вас голоса вигов, господин премьер-министр.
Питт потер нос:
— Ваш брат Бедфорд является близким другом принца Уэльского и Чарлза Джеймса Фокса, не так ли?
— Я понял ваш намек, сэр. Я сохраню в строжайшей тайне то, что вы мне сказали о короле.
Питт встал и пожал руку Джону Расселлу.
— Весьма вам признателен, лорд Тависток.
По дороге домой на Расселл-сквер Джон решил, что его хороший друг Холланд будет первым вигом, с которым он попробует поговорить.
По какой-то причине Генри не было в парламенте два последних дня. И этим вечером он собирался навестить его.
Когда Джон пришел домой, его встретил Френсис.
— Здравствуй, Джон. Надеюсь, дождь прекратился. Я хотел уговорить тебя пойти сегодня на бал к Девонширам.
— Нет, сегодня вечером я еду в Кенсингтон, мне нужно увидеть Генри.
— Холландов не будет дома, Джон. Все будут на балу у Девонширов — и они, и вообще все, кого мы знаем.
