Глаза герцога Бедфорда сузились, когда младший сын маркиза Лансдауна подошел к дебютантке и повел ее открывать с ним бал под красивую музыку, исполняемую известным скрипачом Нейлом Гоу.
— Самодовольная девчонка, — заметил Френсис.
— Петти одного возраста с леди Джорджиной. Можете не сомневаться — герцогиня устроила так, что бал она откроет с этим молодым аристократом."
"— Вы, конечно, правы, Генри. Я приглашу вашу красавицу жену, а вы пока подождете.
Желающих танцевать с Джорджиной становилось больше с каждым танцем, так что в конце концов выстроилась целая очередь нетерпеливых джентльменов.
До наступления полуночи она протанцевала с премьер-министром и с каждым членом парламента, принадлежащим к партии тори. После полуночи, она стала танцевать с вигами.
Наконец ее пригласил граф Уинчилси, с которым она познакомилась в доме Шарлотты.
— Джордж, — сказала она, улыбаясь, — клянусь, что более половины джентльменов, здесь присутствующих, получили свое имя в честь короля.
— Мне жаль, миледи, что у меня такое обычное имя.
— К чему сожаления, милорд? Меня и саму назвали в честь короля!
Принц Эдуард пригласил ее на «ручеек», в котором пары выстраивались в ряд, а первая пара поднимала руки так, что получалась арка. Потом все пары, начиная с последней в ряду, проходили под этой аркой. Этот танец неизменно вызывал смущение и много смеха.
Этот смех поощрил маркиза Бекингема объявить игру в жмурки, и лорд Хантли вызвался быть первым, кому завяжут глаза. Дороти Кавендиш, влюбленная в брата Джорджины, постаралась оказаться первой, кого он поймал.
Из-за ее визга он быстро определил, кто она. Когда пришла очередь Дороти, она поймала лорда Холланда, который в свою очередь поймал и узнал Джорджину.
— Я думаю, Генри, что вы подсматривали. Вы видели, что это я.
— Какой мужчина не стал бы подсматривать, чтобы получить возможность прикоснуться к вам, дорогая Джорджина?
Лорд Холланд завязал ей глаза и поправил повязку, чтобы Джорджина ничего не могла видеть, а потом трижды повернул ее.
Поскольку вокруг нее толпилось множество мужчин, ей не составило особого труда поймать одного из них. Джорджина сразу же поняла, что это Френсис Расселл, а также что он все это задумал заранее.
— Это его королевское высочество принц Уэльский? — с невинным видом спросила она.
Она знала, что это предположение оскорбит Бедфорда, потому что принц был необыкновенно тучным.
— Нет, нет, нет! — закричали все вокруг.
