Джорджина потрогала серебряный чертополох с аметистом, приколотый на груди. «Ты меня любишь! Я знаю, что любишь!»
Утром Джорджина нашла в утренней столовой брата.
— Здравствуй, Джордж. Окажи мне особую любезность.
— Для тебя все, что угодно, Джорджи. Чего ты хочешь?
— Сегодня утром я должна посоветоваться с мадам Хлоей насчет моего нового гардероба, но во второй половине дня мне хотелось бы пойти в парламент, на галерею для посетителей, и кто-то должен меня сопровождать.
— Тебе там кто-то приглянулся? — пошутил Джордж.
— Конечно, нет! Мы с Луизой постоянно ходили туда послушать ораторов. Меня очень интересует политика, Джордж.
Брат ей не поверил.
— Лучше не влюбляйся ни в кого из членов палаты общин — только член палаты лордов соответствует запросам матушки.
— Поскольку сейчас работают обе палаты, я побываю в палате лордов на следующей неделе, если ты будешь так добр и пойдешь со мной.
В комнату вошла Джейн.
— Вот ты где, Джорджина. Мадам Хлоя только что приехала.
Джордж успел подмигнуть сестре, прежде чем мать увлекла ее из столовой туда, где с нее снимут мерку и будут примеривать, вертеть, прикалывать и прилаживать.
* * *
Джорджина, одетая в свое лучшее платье для выхода и в летней шляпе, украшенной цветами, старалась идти в ногу с братом. Они направлялись к палате общин.
— Мне пришло в голову, что навязчивая решимость матушки выдать замуж своих дочерей не простирается на ее единственного сына.
— Ее чувство собственницы просто фанатическое. Она вмешивалась в мою жизнь точно так же, как вмешивалась в твою жизнь и в жизнь твоих сестер.
По необходимости я научился держать в тайне мой интерес к противоположному полу. Матушка накладывала запрет на любые отношения, к которым я стремился, если молодая леди подходила мне, и толкала меня в объятия женщин, которые совершенно не подходили мне, если ты понимаешь, что я хочу сказать.
— Да, понимаю. Она поощряет твою беспутную жизнь, надеясь, что ты, будучи постоянно пресыщен наслаждениями, никогда не женишься.
Она считает, что ни одна девушка тебя недостойна.
— И она, конечно же, права, — пошутил он.
Джорджина усмехнулась.
— Я слышала, о тебе говорят как о северном принце Уэльском.
— Самое нелестное сравнение. Принц весит немного больше, чем я.
В глазах Джорджины мелькнуло любопытство.
— А нет ли какой-то молодой леди, которая тебя особенно интересует?
Он подмигнул сестре:
— Если я расскажу тебе об этом, это уже не будет тайной.
