Ты, должно быть, не смеешь поверить в это, так? Ведь я слышал, что после всего ты заколотил своего наставника в гроб, ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха, ну что за дуралей, убил не того!
Се Лянь закрыл глаза, слушая его радостный хохот, наполненный ядом, и коротко выругался в душе.
Лан Цяньцю от злости сжал кулаки так, что хрустнули суставы.
— … Ложь! — затем резко развернулся и обратился к Се Ляню, — если это правда, пускай он ничего не сказал, ну а ты? Ты почему промолчал?!
Ци Жун, выплюнув отколовшийся зуб, спросил:
— А ты, мать его, ещё кто такой? Вы что, все вместе решили устроить торжественный приём в моей резиденции???
Не удостоив его вниманием, Лан Цяньцю вновь спросил Се Ляня:
— Если это был не ты, если ты никого не убивал, почему признал вину?!
Неожиданно оцепенение спало с Се Ляня.
Хуа Чэн наконец снял с него обездвиживающее заклятие. Вот только было уже слишком поздно. Лан Цяньцю ждал его ответа. Се Лянь медленно поднялся, немного размял запястья, а потом бросил лишь пару слов:
— Полнейший вздор!
Лан Цяньцю на самом деле ждал от него что-то вроде: «Да, всё именно так, как он говорит».
Однако Се Лянь ледяным тоном сказал лишь то, что сказал, тем самым опровергнув всё, что так складно наплёл ему Ци Жун.
Ци Жуну это не понравилось.
— Это кто здесь несёт вздор?
Се Лянь ответил:
— Ты. — он посмотрел на Ци Жуна сверху вниз и добавил, — Столько пустой болтовни, и ни слова правды. Чем ты можешь доказать, что именно потомок императорского рода Сяньлэ омыл кровью Пир Чистого Золота?
Ци Жуну это словно показалось ужасно забавным.
— Я сказал, что он убийца, значит, он убийца. Что тут доказывать? Да и какие могут остаться доказательства, если прошло уже несколько сотен лет?
Се Лянь произнёс:"
"— Поэтому я и назвал твои слова полнейшим вздором. Династии Сяньлэ и Юнань давно ушли в прошлое, оба государства исчезли без следа. Какой смысл ворошить былое и с новой силой разжигать вражду?
Ци Жун, послушав, каким тоном были сказаны эти слова, на мгновение замер, как будто в его памяти что-то шевельнулось, и странно прищурился.
Се Лянь же развернулся к Лан Цяньцю и спокойно сказал:
— Ты своими глазами видел, как я убил твоего отца. Тогда прошло совсем немного времени после моего второго низвержения, и в душе я не мог смириться со случившимся. Вина за эту чудовищную ошибку лежит на мне. Но я считаю, что нет нужды втягивать сюда тех, кто совершенно не причастен. Лазурный Демон несёт полный бред, не остановился даже перед тем, чтобы облить грязью князя Аньлэ.
