Се Лянь согласился:
— Что ж, тогда оставайся внутри подольше, восстанови силы как следует. Это место, где я занимаюсь самосовершенствованием, здесь тебе нечего бояться.
Сосуд качнулся из стороны в сторону. Не совсем ясно, что девушка хотела этим выразить. Поразмыслив, Се Лянь добавил:
— Бань Юэ, если честно, в этот раз ты совсем ни в чём не виновата. Ведь твои скорпионовые змеи…
Бань Юэ:
— Генерал Хуа, тогда я лишь не могла пошевелиться, но слышала всё, о чём вы говорили.
Услышав эти слова, Се Лянь в нерешительности застыл.
Он лишь теперь осознал, что Пэй Су забрал у Бань Юэ только способность двигаться, но сознание не запечатал. Принц произнёс:
— Так даже лучше.
Даже лучше, что она всё слышала.
Из сосуда раздалось:
— Генерал Хуа, что теперь будет с Младшим Генералом Пэем?
Се Лянь убрал руки в рукава и ответил:
— Не знаю. Но… каждый должен принять наказание за свои ошибки.
Спустя недолгое молчание сосуд снова качнулся из стороны в сторону. На этот раз Се Лянь наконец понял — такие покачивания означают кивок головой.
Бань Юэ произнесла:
— На самом деле Младший Генерал Пэй вовсе не такой плохой человек.
— Правда?
— Да, — Бань Юэ добавила: — Он помогал мне.
По какой-то причине в памяти Се Ляня внезапно промелькнуло ещё одно воспоминание.
Бань Юэ часто подвергалась побоям. Если выражаться словами других детей Юнань, «у неё был такой вид, что её так и хотелось поколотить».
Се Лянь узнал об этом лишь спустя долгое время после знакомства с девочкой.
Ведь сколько бы раз Бань Юэ ни подвергалась избиениям — она никогда не говорила об этом. И Се Лянь не знал до того дня, пока своими глазами не увидел, как группа детей окунает её лицом в грязь. Тогда он понял, откуда взялась вся эта синева на лице девочки.
Однако впоследствии, сколько бы он её ни спрашивал, девочка помнила лишь юношу, который вытащил её из грязной канавы; помнила, что должна вернуть ему выстиранный платок, который он оставил ей, чтобы стереть грязь с лица. Других воспоминаний у неё не осталось.
Бань Юэ стёрла из своей памяти людей, которые побили её. Но того, кто однажды её спас, девушка запомнила на всю жизнь.
Бань Юэ добавила:
— И пускай Кэ Мо бранился, что Пэй Су забрал у меня способность ясно мыслить, он вовсе не использовал меня. Но это и не важно. Я знаю, что желание открыть городские ворота было моим собственным.
Се Лянь и сам не знал, что следует сказать. Только ощутил, как где-то в сердце что-то смягчилось.
