Оно внезапно заволновалось и закричало:
— Конечно, я человек, я — человек!
С криками оно изо всех сил засучило руками и ногами, превратившимися в белые кости, пытаясь ползти по земле. Возможно, выбравшись, наконец, наружу, оно ощутило неподдельную радость и с безумным смехом завопило:
— Я возвращаюсь домой, я могу вернуться! Ха-ха-ха-ха-ха-ха…
Хрясь!
Раздражающий пронзительный смех, в конце концов, надоел генералу воинов Баньюэ. Один удар ногой — и череп существа из земли раскололся на части. Его крики «Я — человек» прекратились.
Раздавив надоедливое существо, «генерал» что-то крикнул остальным воинам, и те, размахивая палицами из волчьих зубов и прикрикивая на группу торговцев, погнали их из дворца в другое место.
Се Лянь пошёл впереди, Сань Лан, как обычно, последовал за ним. Даже сейчас, пока они шли под конвоем толпы воинов Баньюэ, подобных демонам во плоти, шаги юноши оставались неторопливыми, словно он вышел прогуляться. Се Лянь всё это время искал повод, чтобы с ним заговорить, и вот, спустя некоторое время пути, когда воины Баньюэ снова начали переговариваться между собой, а на пленников перестали обращать внимание, принц тихо произнёс:
— Они называют своего командира «генералом».
Только вот неизвестно, кто он такой.
Как и предполагал Се Лянь, услышав вопрос, Сань Лан всё же ответил:
— К моменту гибели государства Баньюэ генерал оставался только один. Его имя, если перевести на наш язык3, будет звучать Кэ Мо — «высекать жернова».
3Под «нашим языком» Сань Лан имеет в виду китайский язык, дословно — письменность хань.
Се Лянь переспросил:
— Кэ Мо?
Имя действительно звучало весьма странно. Сань Лан объяснил:
— Именно так. Говорят, он был слабым и хилым ребёнком, и потому люди часто его обижали. Тогда он поклялся стать сильнее, а в качестве тренировок высекал из кусков скалы мельничные жернова, потому и заполучил такое имя.
Се Лянь не удержался от мысли: «Но почему бы тогда не назваться Да Ли — «силач»…»
Сань Лан добавил:
— По легенде Кэ Мо являлся самым бесстрашным полководцем за всю историю государства Баньюэ, огромного роста и недюжинной силы.
Кроме того, он служил верным защитником советника Баньюэ.
— И после смерти остался им? А теперь он ведёт нас к советнику Баньюэ?
— Возможно.
Что если там поджидает ещё больше воинов Баньюэ? Как же тогда вырваться из плена? Ещё неизвестно, что стало с Нань Фэном, который взял на себя риск отвлечь тех двоих.
