– Вы, как я понял, сказали доктору Гардинеру, что знаете кое-что о завещании?
– Да. Между прочим, с точки зрения государства хорошо, что мистер Каргейт умер.
– Пожалуй… – осторожно произнес Фенби. – Мистер Лей рассказывал что-то. Но я понял так, что мистер Каргейт руководствовался не пользой для государства."
"– Уж точно нет. Вы бы послушали его рассуждения про экономику! Он постоянно выдавал совершенно удивительные парадоксы, с которыми я, неглупая женщина умеренно левых взглядов и безоговорочная противница войны, была совершенно не согласна.
Например, повторял, что больше всего давит на бедных именно добавочный подоходный налог.
– Почему? Они же его не платят.
– Нет, но то, что его должны платить богатые, лишает бедных работы или достойной зарплаты, так он говорил. Тут можно возразить, что я, например, не слышала, чтобы зарплаты были выше до введения этого налога. Еще мистер Каргейт утверждал, что пока вы не сделаете богатых не просто богатыми, а отвратительно богатыми, нельзя надеяться, что бедные получат что-то кроме нищеты.
Я однажды спросила, почему, и он ответил: «Потому что мы все паразиты – так или иначе. Я больше; вы – меньше». Должна сказать, не самое учтивое замечание.
– Да уж.
– Полагаю, он был настолько от природы эгоистичен, что постоянно говорил бестактности, сам того не желая. И возвращаясь к экономике: он часто повторял, что стране нет никакой пользы от правительственных расходов и что корень всех бед – прямое налогообложение.
Это все равно что забирать воду из реки, не дав ей сначала вертеть колеса мельницы ниже по течению. По-моему, теория неверная. Впрочем, ей восемь десятков лет – я нашла ее в «Истории Европы» Элисона.
Фенби, не читавший этой длинной и мудреной книги, и не пытался спорить.
– Я могу понять, – сказал он, – ваше с ним несогласие с позиции, так сказать, умеренно левых взглядов, но при чем тут антивоенные убеждения?
– Мистер Каргейт был за перевооружение.
– Ничего удивительного, исходя из того, что вы рассказали, ведь это подразумевает правительственные расходы. Между прочим, перевооружение вовсе не означает войну.
– Да что вы? Позвольте заметить: ничто не заставит меня голосовать за новую войну. Война – это просто узаконенное убийство.
– Очень многие люди сейчас считают так же, а другие полагают, что таким путем вы добьетесь противоположного результата.
