Можно свет включить?
– Да, конечно, я просто выключил, потому что был не в силах это видеть. Мне казалось, что я сойду с ума. Где ты была?"
"Что-то в голосе начальника давало повод думать, что он уже перешел ту тонкую грань, которая отделяет нас от безумия. Щелкнул выключатель, вспыхнули лампочки под дизайнерским потолком, которым Вера очень гордилась. Весь ремонт в новом, выстроенном с нуля офисе был делом ее рук. Не в прямом смысле, конечно, тут работала первоклассная бригада, но нашла ее именно Вера и ход работ контролировала от и до, добиваясь идеального исполнения проекта, в который Молчанский вбухал огромные деньги.
Ему самому было совершенно безразлично, в каком интерьере работать, но для комфорта сотрудников, которых он тщательно подбирал не только по всему городу, но и, пожалуй, по всей стране, как бесценные бусины со дна океана, он не жалел ничего. И Вере жалеть запретил.
Шеф сидел на полу у окна, чуть ли не спрятавшись за то кресло, в котором работала Вера. В его измученном лице оставалось мало человеческого, и Вера вдруг действительно испугалась за его разум.
Может, нет никакого трупа? Может, мертвая Катя ему просто привиделась?
– Она в моем кабинете. – Молчанский ответил на невысказанный ею вопрос, и Вера даже не удивилась, потому что так бывало и раньше. Они часто функционировали как единый организм. И их работа во многом была успешной именно благодаря слаженности и полной синхронизации. – Я приехал, поднялся на второй этаж, прошел в приемную, затем к себе, включил свет и увидел ее.
Я сначала не понял, что она мертва. Я просто очень разозлился, что она, несмотря на мой запрет, посмела явиться сюда, да еще набралась наглости разлечься посредине ковра и уснуть. Я пытался ее разбудить. Понимаешь, я разговаривал с ней, потом тряс ее за плечи, потом ударил по щеке. Но она не просыпалась, и голова у нее болталась, как у куклы. В общем, в какой-то момент я осознал, что ее убили. Осознал и позвонил тебе.
– Конечно, что еще делать в такой ситуации. – Вера пожала плечами.
– Меня уже даже не удивляет, что при возникновении любой проблемы вы вспоминаете именно мой номер.
– Ты сердишься, что я тебя втянул в грязную историю? – Пожалуй, в голосе шефа появились человеческие нотки, и Вера голову бы дала на отсечение, что знает, как они называются. Любопытство. Павлу Молчанскому была любопытна ее реакция на то, что он вытащил ее на место преступления.
– Нет, – пожала плечами она. – Павел Александрович, мне нужно посмотреть самой.
