Мать Остапа и Андрея тут же удалилась на кухню, и оттуда послышались звуки льющейся воды, вероятно, хозяйка решила проявить гостеприимность и ставила чай. Василиса огляделась. Достаточно дорогая, добротная обстановка, со вкусом подобранные шторы, неброская, но красивая люстра.
– Генрих Первый у меня настоящий кладезь ума. Вы знаете, я собираюсь его клонировать. Только сейчас пока временные проблемы с медицинской аппаратурой, – с этими словами в гостинной появилась наконец хозяйка с подносом в руках. На подносе позвякивали маленькие чашечки, кофейник и сахарница.
– Вот, кстати, именно по этому поводу мы и пришли, – активно начала разговор Люся. – Мы рассмотрели вашу просьбу, нам дали хорошие рекомендации и Виктор Леонидович и остальные врачи…
– Виктор Леонидович все-таки согласился? Он душка! Генрих, вас позволили клонировать! – радостно запрыгала на места почтенная дама, и весь ее организм живо заколыхался вверх-вниз.
Люся с любезной гримасой на лице и с полным недоумением в душе наблюдала за проявлениями восторга Вероники Мефодиевны.
Да, женщина явно не в своем уме. Не прошло и четырех месяцев, как застрелился ее сын, недавно убили невестку, а тут, надо же, какая радость – котика клонируют! И ведь в комнате ни одной фотографии Андрея или Арины, ни слова воспоминания…
– Я бы на вашем месте так не радовалась, – проговорила Василиса.
«Вот уж точно», – мысленно поддакнула ей Люся.
– Вы ведь знаете, сам процесс очень непрост. Могут подвести приборы, трудно найти стоящих специалистов, но главная проблема не в этом.
Животное может элементарно не перенести операции!
– Генрих не просто животное! И я устала всем это доказывать. Он уникальный экземпляр – нечто среднее между человеческим разумом и организмом кошки, – напыщенно раздула брылы престарелая леди.
– А мы и не спорим. Напротив, мы полностью вас поддерживаем. Но дело в том, что нас направили понаблюдать за Генрихом. Установить, так сказать, его привычки, повадки, лучше познакомиться с его характером. Если мы этого не сможем, то спонсировать такое серьезное дело никто просто не возьмется.
– И что вы с ним будете делать? – насупилась хозяйка.
– Совсем ничего, – быстро успокоила ее Василиса. – Нам просто необходимо находиться рядом с ним какое-то время и фиксировать все, что он делает, – спит, играет, ест. Мы не имеем права даже прикасаться к нему руками.
Вероника Мефодиевна беспечно пожала плечами:
– Ну так фиксируйте. Когда будете наблюдать, прямо сейчас?
– Если вам удобно… – замялась Василиса.
