Ты б ее, Люсенька, свела к какой бабушке… Может, та б ее полечила, а? А то ведь не знаешь, чего она в другой раз учудит.
У Люси мелькнула светлая мысль.
– Она ничего не учудит. И вообще, Василиса не сама, а по просьбе нашей доблестной милиции все это вытворяла. Вот вы как думаете, почему тогда милиция не приехала? А ведь вызывали.
– Ой, да неужто нас так милиция теперь дрессирует? – взволновалась соседка.
– Ну… не дрессирует, конечно, но ей так было надо. И не будем в ее дела вмешиваться.
Соседка округлила глаза и, переваливаясь, точно селезень, заспешила к дому.
«Завтра весь двор будет знать, что Василиса – агент национальной безопасности», – подумала Люся и подозвала щенка.
Василиса уже была дома и, видимо, чувствуя себя несколько неловко из-за ситуации с экзаменом на специалиста по букетам, крутилась возле плиты.
– Ой, а кто это с прогулки пришел? – запела она фальшивым голосом. – А кого это Василиса будет сейчас голубцами угощать? Нет, не Малыша! А свою лучшую подругу Люсеньку! Люся, иди мой руки, уже все стынет.
На маленькой кухне сейчас собралось все население квартиры. Бесстыжий лжец Финли громко орал, якобы от голода, Малыш не орал, а просто вертелся под ногами и не давал ступить шагу, Василиса сновала от плиты к холодильнику, от него к столу. В общем, бедной промерзшей Люсе даже некуда было поставить ногу.
– Ну-ка, брысь все! – приказала Василиса и поставила перед подругой тарелку с дымящимися голубцами. – Ну, Люсь, я тебе скажу… Я сегодня еще четыре композиции сотворила.
Те еще лучше получились. Заведующая сказала, что завтра их выставят. Люся, если бы ты знала, какую на них цену поставили! Так что не бойся, мы с тобой без копейки не останемся. Кстати, Полина в павильоне так и не появилась.
– Понятное дело, ей некогда было твои композиции разглядывать, она со мной разговаривала. Вася, подай, пожалуйста, сметану, – якобы равнодушно проговорила Люся.
– Ну? – прилипла к стулу Василиса.
– Что «ну»? Голубцы у тебя сегодня удались.
Не то что в последний раз, помнишь, когда листья были сырые?
Василиса сощурила глаза и медленно заговорила:
– Люся, ты не крути. Я не виновата, что моя фантазия богаче твоей, и нечего обижаться. Если бы ты не швырялась сверчками, и тебя бы взяли…
– А мне и не надо, чтобы меня во флористы брали! Мне надо было увидеть Львову. Ты ударилась в коряги и корзиночки, а у меня была ясная цель. И я, между прочим, сегодня много чего узнала.
