Девушка замаслилась от удовольствия, но вредная посетительница отчего-то раздумала одарить продавщицу, а вальяжно сунула денежку в карман. Этот зрелищный жест возымел результат – девица, увидев достойное скопление денег у странных посетительниц, запрыгала вокруг не слишком приглядных дам, точно дрессированная болонка.
– Нет-нет, вам лучше вон то платьице примерить! Посмотрите на оттенок цвета… А каков фасон… Заметьте, в эти пазы вплетаются живые цветы.
– Хорошо, где у вас примерочная?
Спустя минуту Люся уже стояла перед Василисой в подвенечном наряде.
Подруга смотрела на Людмилу Ефимовну тепло, по-матерински.
– Люсенька, я вот на тебя смотрю и думаю: есть же такие люди – на них что угодно напяль, а они все равно пугалом смотреться будут. Ну глянь, куда ты лиф подтянула?
– Так, а чего делать-то? У него нет никаких лямочек, все сползает. С ума сойти, такие деньжищи платье стоит, а материала на лямки все равно не хватило! – отчаивалась Люся, держа платье обеими руками, чтобы не сползало.
– Ты ничего не смыслишь! Это же декольте! Специально, чтобы открытая грудь волновала жениха. Спусти платье, открой грудь… Вот так… Нет, Люся, тебе нужно платьице под горлышко… Ну что ж оно у тебя все на полу? Мы же его еще не купили!
– Оно мне длинное… И большое…. Давай ты померь. У Ольги как раз твой рост. Хотя нет, у Ольги меньше. Все равно надень.
Теперь в белые кружева облачилась Василиса. Ей было значительно лучше, чем подруге, в таком наряде. Правда, платье было чуть коротковато и из-под пышной юбки выглядывали худые щиколотки в теплых колготках, но это если приглядываться, а в целом…
– Васенька, посмотрись в зеркало! – охала рядом Люся.
– Ну просто Царевна-лягу… Лебедь. Да, Царевна Лебедь! Слышь, Вась, жалко, что в наши времена таких платьев не было, да? А знаешь, выходи замуж, мы тебе это платье купим. А чего? Вон Антона Петровича только свистнем, ему все равно на ком жениться, он и на тебе женится. А ты зато такой невестой денек побудешь… а?
Василиса себе нравилась.
Никогда в жизни она не надевала свадебного платья, а это, оказывается, такая радость. Да что там, просто счастье – вот так вот нарядиться в белое воздушное платье и почувствовать себя невестой, чистой, непорочной… Хотя с непорочностью это она, пожалуй, переборщила. Кто же сейчас в загс пойдет, если непорочный. Сейчас и платьица такие специально шьют – тыковкой, чтобы размеры любви не сильно в глаза бросались.
