Он подумал: нелегко притащить сюда тело… хотя его можно скатить сверху… да, скатить… услышать плеск — значит, тело упало в реку… В таком случае можно и не увидеть, что рука зацепилась за ветку. Но чтобы доставить сюда тело — живое или мертвое, — явно требовался автомобиль. Способен ли Уильям Гласс угнать машину? А почему нет? Нынче все, похоже, знают, как это делается? Первоклашки и те способны преподать вам урок…
— Как я уже сказал, — продолжал Курт, — тело довольно сильно побито.
Пока не знаю, прижизненные это повреждения или нет. Кстати, по поводу той, другой утопленницы у Дин-Бриджа…
— Да?
— Незадолго до смерти она вступала в половой контакт. В вагине обнаружены следы спермы. Возможно, удастся определить ДНК. Ага, ну вот…
Тело вытащили из пластикового мешка. Да, на ней было дорогое платье, приметное, легкое, хотя теперь разодранное и заляпанное грязью. Лицо тоже в грязи… расцарапанное, опухшее… Волосы оттянуты назад, часть черепа обнажена.
Ребус с трудом проглотил комок. Ожидал ли он этого? Он не мог бы сказать наверняка. Но в глубине души он был уверен — он ведь видел фотографии.
— Я ее знаю, — сказал он.
— Что?
Даже судмедэксперты посмотрели на него с недоверием. Эта сцена, видимо, насторожила Брайана Холмса, потому что он вприпрыжку спускался по склону.
— Я говорю, я ее знаю. По крайней мере так мне кажется. Нет, я уверен. Ее зовут Элизабет Джек.
Друзья называют ее Лиз или Лиззи. Она жена… бывшая теперь… члена парламента Грегора Джека.
— Бог ты мой, — выдохнул доктор Курт.
Ребус смотрел на Холмса, Холмс — на Ребуса, и, похоже, ни тот ни другой не знал, что сказать.
* * *"
"Идентификация на этом, конечно, не закончилась. Отнюдь нет. Смерть была определенно подозрительной, но имеется ли тут состав преступления, предстояло решать прокурору, который сейчас, мрачно кивая, разговаривал с доктором Куртом; тот жестикулировал так, что издалека его можно было принять за экзальтированного итальянца.
Доктор объяснял — объяснял без устали, в тысячный раз, — как движутся диатомеи внутри тела, и его слушатель все больше бледнел.
Идентификационная группа продолжала видео— и фотосъемку, через каждые тридцать секунд протирая объективы. Дождь усилился, и небо нависло над землей сплошным черно-серым одеялом.
