Теперь магнитофон включился.
Ранние «Роллинги». «Закрась черным». Ребус кивнул. «Он в доме», — сказал себе Ребус. «Мой тайный порок, инспектор». Один из многих. По крайней мере это могло означать, что он, вероятно, не слышал звука подъезжающей машины, а теперь, когда снова играла музыка, он, вероятно, не услышит, как они войдут в дом.
И они вошли. Моффат прикрывал кухню, а Ребус пошел прямо наверх. Нокс — следом. На деревянных перилах был виден мелкий белый порошок, оставшийся после работы криминалистов, снимавших отпечатки пальцев.
Вверх по лестнице… на площадку. Что это за вонь? Что это за вонь?
— Бензин, — прошептал Нокс.
Да, бензин. Дверь спальни оказалась заперта. Здесь музыка, казалось, звучала громче, чем внизу. Буханье барабанов и бас-гитары. Гитара против ситары. И этот надрывный вокал.
Бензин.
Ребус отошел назад и с силой ударил ногой по двери. Она распахнулась. Ребус оглядел комнату. Посредине стоял Грегор Джек, а у стены — связанный человек с кляпом во рту. Лицо опухшее, на лбу кровь.
Рональд Стил. Кляп? Нет, не совсем чтобы кляп. Его рот был забит, кажется, клочьями воскресных газет — тех самых номеров с кровати, в которых была напечатана история, начавшаяся с его козней. Что ж, Джек заставил Рональда проглотить эти слова.
Бензин.
Пустая канистра лежала на полу. В комнате стоял густой запах бензина. Стил, казалось, весь был пропитан им. Или он был мокрый от пота? А посредине Грегор Джек, чье лицо, искаженное ненавистью, постепенно начало изменяться, изменяться, смягчаться.
На нем появилось выражение стыда. Вины и стыда человека, который попался на месте преступления.
Все это Ребус оценил в одну секунду. Но Джеку понадобилось еще меньше времени, чтобы чиркнуть спичкой и уронить ее на пол.
Ковер схватился мгновенно, и Джек тут же метнулся к двери, оттолкнул Ребуса и мимо Нокса бросился к лестнице. Пламя занималось слишком быстро. Ребус схватил Стила за ноги и потащил к двери. Тащить пришлось через пламя. Если Стил был облит бензином… Нет, на эти мысли не оставалось времени.
Пламя только лизнуло его, но не охватило разом все тело.
Нокс уже несся по лестнице следом за Джеком. Спальня превратилась в ад, кровать в центре стала похожа на жертвенный костер. Ребус оглянулся и увидел, как вспыхнула и затрещала коровья голова над изголовьем. Ребус захлопнул дверь, благодаря Бога за то, что она не сорвалась с петель, когда он ее вышиб…"
"Ему удалось поднять Стила на ноги, хотя это и было нелегко.
