Еще двое сидели у стойки. Один — с выпитой наполовину и, судя по всему, выдохшейся пинтой пива, другой — со стаканом, в котором было что-то подозрительно похожее на молоко. Им было за сорок, может, немногим больше. Все мои ровесники, подумал Ребус.
— Билл мог бы рассказать вам несколько историй, инспектор, — сказал секретарь, кивая на бармена. Билл кивнул, то ли здороваясь, то ли подтверждая. Он тоже был в пуловере с острым вырезом, но вишнево-красного цвета; пуловер туго обтягивал округлившийся живот. Билл не был похож на обычного бармена тем, что явно гордился своей работой.
Ребус решил, что это один из членов клуба, отбывающий дежурство.
Никто здесь не вздрогнул, услышав, как секретарь произнес «инспектор». Сюда приходили законопослушные люди. А если и нет, то уж наверняка законоуспешные. Они верили в закон и порядок, в то, что преступник должен быть наказан. Они просто не считали увиливание от налогов преступлением. Они выглядели… выглядели уверенно. Судя по их виду, бояться им было нечего. Да они так и считали, что им нечего бояться.
Но Ребус знал: у него есть ключи к тем шкафам, где они хранят скелеты.
— Воды, инспектор? — Секретарь пододвинул ему графин.
— Спасибо. — Ребус испортил виски, разбавив водой.
Секретарь оглянулся так, словно его окружали трупы.
— Гектора нет, а мне казалось, он здесь.
Бармен Билл вставил словечко:
— Через секунду придет.
— Ушел искать Джимми, как водится. Это же классика, — добавил любитель молока, а Ребус не понял, о какой такой классике речь.
[43]
— А вот и он.
Ребус представлял себе Гектора крупным, с вьющимися волосами, с животом-тыковкой, в оранжевом пуловере с острым вырезом. Но Гектор оказался невысоким, с редеющими черными волосами, блестевшими от бальзама. Ему тоже перевалило за сорок, а на мир он смотрел через мощные линзы в мощной оправе. Твердое выражение рта не очень вязалось с его внешностью, и он, пока их знакомили, внимательно разглядывал Ребуса.
— Здравствуйте, — сказал он, всовывая маленькую влажную руку в ладонь Ребуса.
Рукопожатие было как у хорошо воспитанного мальчика. Пуловер у него был верблюжьего цвета и, похоже, дорогой. Кашемир?.."
"— Инспектор Ребус, — сказал секретарь, — интересуется одной конкретной игрой, которая состоялась у нас или не состоялась две среды назад.
— Слушаю.
— Я сказал, что ты у нас главный по расписанию.
— Слушаю.
Секретарь, казалось, борется сам с собой.
— Мы подумали, может…
Но Гектор уже получил достаточно информации и переварил ее.
