— Это точно, — сказал Ребус, поднимаясь. — И последнее, Алек. Что ты сказал матери об этой машине?
— Да ничего особенного. Сказал, что приятель попросил поставить на время.
Вряд ли она поверила. Но потерять сына — значит потерять и ферму.
— Хорошо, Алек, — сказал Ребус, — теперь нужно все это изложить на бумаге. Все, что ты нам рассказал. Сержант Нокс тебе поможет. — Он помедлил у двери. — И тогда, если мы придем к выводу, что ты не сказал нам правду, и только правду, мы побеседуем о езде в пьяном виде. Понял?
* * *Путь до миссис Уилки был неблизкий, и Ребус пожалел, что не снял номер в Даффтауне.
Но за рулем, по крайней мере, у него было время подумать. Он позвонил из полицейского участка, отложил некоторые встречи на утро. Остаток дня у него был свободен. Над горами нависли низкие тучи. Хорошая погода заканчивалась. Именно таким Ребус и помнил Хайленд — хмурым и ничего хорошего не сулящим. Страшные вещи творились здесь в прошлом. Кровавые битвы, насильственные переселения, жестокая родовая вражда.
Бывали и случаи каннибализма, насколько он помнил. Жуткое дело.
Кто убил Лиз Джек? И почему? Первым под подозрение попадает муж. Ну, Грегора Джека пусть подозревают другие, а Ребус в его виновность ни минуты не верил. Почему не верил?
Почему?
Достаточно хотя бы взвесить все факты. Утром в среду Джек был на собрании с избирателями, потом играл в гольф, вечером отправился на какое-то мероприятие… Кто это сказал? Это ему сказали сам Грегор Джек и Хелен Грейг. К тому же у него машина белого цвета.
Перепутать белый с голубым никак невозможно. Кроме того, кто-то подстраивал Джеку коварные ловушки. И вот этого кого-то и должен найти Ребус… Если только ловушки не подстраивала Лиз Джек. Он и об этом уже подумал. Но были анонимные телефонные звонки… А это кто сказал? Барни Байерс. Хелен Грейг не смогла (или не захотела) это подтвердить. Теперь Ребус понял, что ему очень нужно еще раз поговорить с Грегором Джеком. Был ли у его жены любовник? Судя по тому, что Ребус уже знал о ней, вопрос должен бы звучать иначе: сколько любовников у нее было? Один? Два? Больше? Или же он пытается судить о том, чего не знает? Ведь, собственно говоря, он почти ничего не знал об Элизабет Джек.
Знал, что о ней думали ее друзья и ее недруги. Но сам он не знал ничего. Разве что о ее вкусах. Если судить по друзьям и мебели, вкусы у нее были неважнецкие…
* * *Утро четверга. Прошла неделя с тех пор, как обнаружили тело.
Ребус проснулся рано, но вставать не спешил.
