— Давайте я кое-что про них расскажу, может вам это чем-то поможет, — сказал Гуляев и взял в руки лист бумаги. — Все трое москвичи, до этого имели не по одной судимости. Вот этот несколько раз задерживался по подозрению в умышленном убийстве, но всякий раз избегал наказания из-за отсутствия доказательств. До этого был осужден за вымогательство.
С фотографии на меня смотрела угрюмая физиономия, которая принадлежала тому самому парню, которого убил Тосик. Должен сказать, не самая приятная рожа. Впрочем, и его приятели были точно такие же — хмурые и мрачные.
— Остальные двое — его подельники, — продолжал тем временем следователь. — Они также проходили по разным уголовным делам. Грабежи, вымогательство, разбои… В общем, малоприятная публика.
— Иван Львович, я ведь вам уже сказал — никогда раньше их не видел и не имею никаких соображений, что им могло понадобиться от меня. В Москве я уже давным-давно не был, а когда был в последний раз — мне еще и пятнадцати не было, — я пожал плечами и придал своему лицу выражение крайнего удивления.
— Кому я мог помешать в том юном возрасте?
— Если все так и есть, как вы говорите, то картина вырисовывается довольно странная, — задумчиво пробормотал Гуляев и помассировал виски. — Предположим, что вы их действительно не знаете… Но ведь вы понимаете, что это было не ограбление? Зачем бы им ехать в такую даль, чтобы банально ограбить не самого богатого дворянина в Саратове? Извините, ваше сиятельство, если чем-то задел вас, но я просто излагаю факты.
— Ничего страшного, — милостиво разрешил я. — Это ведь ваша работа.
— Так вот я и говорю, — продолжал свою мысль следователь. — Эти люди явно приехали из Москвы за вашей головой, никаких сомнений в этом быть не может. Вам просто нужно подумать и попытаться вспомнить, кому вы могли перейти дорогу?
— Мне даже нечего пытаться. Иван Львович, вы же разумный человек, попробуйте сами ответить на вопрос — кому мог помешать пятнадцатилетний юноша? К тому же, я рос довольно болезненным ребенком, так что даже со сверстниками особо не дрался.
— Тогда я даже не знаю, чем еще могу вам помочь, — Гуляев и в самом деле выглядел расстроенным. — Мы, конечно, будем продолжать работать, но я рассчитывал, что получу от вас хоть какое-то объяснение случившемуся.
— К сожалению ничем не могу помочь, — ответил я и засобирался уходить. — Но вы держите меня в курсе, вдруг что-то все-таки прояснится."
"— Да-да, ваше сиятельство, само собой, — пробормотал следователь.
