Я не стал ждать пока до них начнет доходить, что для семейства Гедеоновых сегодня особый день и перешел к виконту.
Он смотрел на охранника раскрыв рот от удивления и следующий мой удар пришелся ему в кадык. Ребром ладони я рубанул ему по острому выступу на шее. Виконт задохнулся, его глаза выкатились из орбит и он судорожно схватился за шею.
В этот момент его папаша понял, что в их семью пришла беда и не обращая внимания на сына, ломанулся к спасительному входу в ресторан. Да нет, дружок не так быстро.
Я немного замедлил этого урода, рванулся к нему и сильным ударом в спину отправил на землю. Он врезался рожей в асфальт и по инерции пропахал по нему пару метров.
От страха и боли граф заорал, попытался вновь вскочить на ноги, но я не позволил ему этого сделать. Подсечкой я вновь сбил его с ног, затем запрыгнул на него сверху, схватил за волосы и несколько раз изо всех сил приложил головой об асфальт. После третьего или четвертого удара он отключился. Вот так хорошо, если бы этот урод напрягал мышцы шеи, то мне бы пришлось с ним повозиться.
Одной рукой я поднял его голову за волосы, второй перехватил шею, а затем мощным рывком свернул ее на бок. Раздался характерный хруст, который означал, что с этим парнем покончено. Он дернулся еще один раз, а потом затих.
К тому времени виконт уже лежал на асфальте, хрипел и сучил ногами. Второй охранник в этот момент добежал до ресторана и скрылся внутри. Ну и хрен с тобой, ты мне вообще не нужен.
Я подбежал к младшему Гедеонову, убрал его дрожащие руки от шеи и надавил на нее коленом.
Его красные от напряжения глаза испуганно смотрели прямо на меня, а я лишь усиливал давление. Еще сильнее. Еще. Эта тварь хотела, чтобы я лежал в кустах Академии с ножом в спине? Хрена тебе, а не Сколов! Я сцепил зубы и с чувством переполнявшей меня злости вдавил колено в его искалеченную шею.
Последнего усилия было достаточно. Он так и умер с выпученными глазами и торчащим из его вонючей пасти языком.
Жаль, что перед смертью этот ублюдок не узнал, кто именно с ним покончил — это было бы совсем хорошо.
Тем временем из ресторана выскочило несколько человек, а где-то совсем рядом раздался женский крик. Вот теперь мне пора уходить с этого места как можно дальше. Не знаю, сколько времени у меня заняла расправа над этой веселой семейкой, но думаю, что не больше двух-трех минут. Во всяком случае, невидимости я еще не лишился, но медлить было крайне опасно.
