По пути к Софье я позвонил ей и спросил, что она хочет на ужин, но внятного ответа не получил. Поэтому заехал в супермаркет и набрал всяких вкусностей на свое усмотрение. Особенно много было морепродуктов и шоколада — я знал, что эти вещи у нее в особом почете.
Она жила в небольшом собственном доме, который по размеру очень походил на мое съемное жилище, где сейчас шел ремонт.
Когда Таганцева открыла мне дверь, я увидел, что из одежды на ней лишь короткий шелковый халат, в который она куталась прижимая руки к груди.
— Чего стал? Заходи, Володь, холод ко мне запускаешь, — немного нервно сказала она, впуская меня в дом."
"Я внимательно посмотрел на ее лицо, а она в этот момент усиленно пыталась отвернуться, пытаясь его спрятать. Оказывается, она очень смелая девушка — пригласить меня в гости, не опасаясь, что я увижу ее в таком виде, это довольно решительный поступок.
— Чего смотришь? — пробурчала она. — Слишком красивая стала?
— Ну что ты как ребенок? — я поставил пакеты на пол, обнял ее, а затем приподнял ее лицо за подбородок и внимательно осмотрел повреждения.
Видок, конечно, у нее был еще тот. Лицо опухшее, от удара по носу появились синяки под глазами… Не самое приятное зрелище. Посмотреть, что там сделали с разорванной губой возможности не было никакой — рана была перевязана бинтами.
— Бери пакеты и иди за мной, — сказала она и схватилась рукой за челюсть. — Зараза, говорить больно. Вот шшшуки…
Мы прошли на кухню, я поставил пакеты на пол и уселся за стол.
— Кофе, чай? — спросила она и щелкнула чайником.
— Давай чай. Я там вино купил, но видимо, это я напрасно, — сказал я и демонстративно погладил себя по подбородку. — Думаю тебе сейчас не до вина?
— Это почему? Я через соломинку могу, — сказала она и посмотрела на меня своими озорными глазенками. — От вина не откажусь.
Да, сильна малышка! Одним ударом из нее дух не вышибешь.
— Что врачи говорят? Нос целый? — спросил я, пока она разбиралась с пакетами.
— Угу. Зубы тоже на месте. Так что все в порядке.
— Что со шрамом? — спросил я, выдержав паузу — все-таки самый щекотливый вопрос, шрам на ее симпатичной мордашке явно будет смотреться не к месту.
— Мне сказали, что сделали все возможное, чтобы следов не осталось, — ответила она. — Хотя я в этом сомневаюсь.
В этот момент чайник забурлил и отключился. Она приготовила мне напиток и поставила передо мной чашку и сахарницу.
— Кстати, Бобров звонил. Очень долго извинялся, — как бы невзначай обронила она, занимая место напротив меня.
