Зато она обеспечила себе прекрасную возможность врать без зазрения совести о том, как она старалась сделать все по-человечески и предварительно договориться о встрече. Если бы он перезвонил, ей было бы куда сложнее. Но пришлось рискнуть.
– Я увидел ваши звонки сегодня утром, – хмуро проговорил Кислов. – Перезванивать не стал, потому что надоели эти фокусы с бесконечными предложениями то от банков, то от клиник каких-то, то от интернет-магазинов. Стоит кому-то дать свой телефон – и хана, потом не отвяжешься.
– А еще и клиентские базы воруют, – кивнула Настя. – Понимаю вас. Наш город маленький по сравнению с Москвой, но и у нас та же беда. Могу себе представить, каково это в столичных-то масштабах.
Кислов наконец отступил в прихожую, давая ей возможность войти.
– Так чем могу быть полезен? Зачем вы меня искали?
– Понимаете, Андрей Вячеславович, к нам нагрянула проверка, а мы не можем найти договоры с заказчиками за тринадцатый и четырнадцатый годы.
Вернее, мы их утратили. У нас в прошлом году трубу прорвало, все помещения залило водой по пояс. Мы, конечно, старались потом восстановить все, что можно, но папки с оригиналами договоров за два года пострадали так, что ничего уже не спасешь. Если бы не наша Эмилия Марковна, даже не представляю, как бы мы справились. Она просто герой и гений в одном лице. Вы помните Эмилию Марковну?
Лицо Кислова смягчилось, на нем промелькнуло нечто похожее на добрую улыбку.
– Помню, конечно. Только не понимаю, при чем тут я.
– Так я же объясняю: мы восстанавливаем утраченные документы. В компьютерах у нас все осталось, поэтому и имена, и адреса, и контактные телефоны клиентов мы не потеряли, но информация в компьютере не имеет юридической силы, потому что ее легко изменить в любой момент. Нужны бумажные носители с подписями и печатями. Мы связываемся с заказчиками и просим отдать нам их экземпляры договоров.
У заказчиков ведь точно такие же оригиналы с печатями и подписями. Значительную часть мы уже собрали, осталось около десятка договоров найти, а у нас проверка начинается, будут трясти всё до последнего листочка, и без договоров нам никак нельзя. Только не говорите мне, что у вас ничего не сохранилось! – Настя трагически всплеснула руками. – Это будет полной катастрофой!"
"Она подозревала, что несет чушь, но надеялась, что проскочит.
