Лет пять назад они с дедом вынуждены были признать, что в битве с бабушкиной деменцией окончательно проиграли. Последствия травм, полученных при аварии обоими стариками, встали в полный рост, а рядом с ними выстроились и другие проблемы, чисто бытовые, решение которых требовало немалых денег."
"Сейчас проблемы денег не существовало. Задания поступали нерегулярно, но оплачивались очень хорошо. Вот хоть взять это последнее, насчет Каменской: дел – всего ничего, ерунда, по меркам Вадима, заплатили сразу же, как только получили результат, и можно месяца три не заморачиваться оплатой сиделки и арендой вместительного автомобиля для транспортировки деда вместе с инвалидной коляской.
По квартире он еще кое-как передвигается, а вот на улицу выйти не сможет, не говоря уж о том, чтобы съездить куда-то на другой конец города. Дед – человек общительный, у него множество друзей и знакомых, и он считает необходимым принимать все приглашения на их посиделки и праздники. Правда, в последнее время приглашения поступают реже и реже, не каждому удается жить «долго и счастливо», зато посещения медицинских учреждений требуются чаще.
Когда можно обойтись визитом врача на дом, Вадим платит за это, но если требуются обследования на аппаратуре, тут уж приходится деда или бабулю везти, куда скажут. И все это очень и очень недешево.
Дед долго не смирялся не только с недугом супруги, но и со своим собственным, считая, что раз может ходить, пусть и медленно, и плохо, и с палкой, то не нуждается в помощи постороннего человека, и категорически протестовал против намерения внука нанять сиделку.
– Мы оба на ногах, – упрямился он, – зачем нам сиделка? Мы же не лежачие больные, судно из-под нас выносить не нужно.
Вадим изо дня в день повторял, что бабуля не всегда хорошо соображает и может запросто устроить пожар или потоп, или упасть и удариться, или пораниться, а пока дед доковыляет до места, метаться будет уже поздно. Хуже того: если упадет или поранится сам дед, вряд ли от бабули можно будет ждать адекватной помощи.
Уговорить уверенного в своих силах старика удалось только тогда, когда внук заявил, что пока дед и бабушка одни, он не может спокойно работать, стал часто ошибаться, потому что постоянно отвлекается на мысли о них, и начальство им в последнее время недовольно. Перед этим аргументом дед отступил. Однако поставил условие: ночью в квартире не должно быть никаких сиделок.
