Со стороны бортика моментально послышался мощный бас Оболенского.
— Вот это правильно! Какой праздник и без вина?
Я покосился в его сторону, но князь уже обратил взгляд на Леру.
— Прекраснейшая, что вы предпочитаете? Какую бутылку принести прямо в ваши нежные ручки?"
"В ответ жрица изобразила раздражённую гримасу и пустила в ход силу. Через секунду в её руках оказался наполненный напитком бокал, а над бассейном зазвенел девичий голос.
— Истинные леди не пьют прямо из бутылок, князь. В ваши годы пора бы это запомнить.
И с алкоголем обходиться осторожнее. Старческие болезни, они знаете-ли, от него могут и обостриться.
Договорив, отвернулась, а патриций подкрутил усы и восхищённо цокнул языком.
— И язычок у неё острый. Идеал просто, а не женщина.
Глянув на меня, поинтересовался.
— Где ты их всех только нашёл, Меркурий? Я тоже туда хочу.
В голове мелькнула фраза про трущобы Петербурга, но озвучивать я её не стал. Да и сама Лера, услышав вопрос, моментально стрельнула в меня глазами.
Оттенки эмоций у девы сейчас были абсолютно разноплановые, так что я не понимал — то ли она действительно пытается избавиться от назойливого ухажёра, то ли это такой способ флирта. А может дева и вовсе сама не определилась, чего именно желает.
— На кладбище, Сиятельство. Это было весьма неожиданное знакомство.
Патриций призадумался. Но уточнять ничего не стал. Тем более, спустя десяток секунд вокруг уже закипела оживлённая беседа. Началось всё с рассказа Кристины о маньчжурах, которые пытались всучить ей взятку, чтобы та обратила на них особенное внимание Меркурия.
Мол, не соблаговолит ли прекрасная дама помочь им снискать участие духа-покровителя за пару тонн золота. Следом подключилась Лера, которая вспомнила о слухах, что бродили среди новоиспечённых последователей.
Оказывается, некоторые утверждали, что уже видели Меркурия и даже разговаривали с ним. Мол, тот обращался к ним, чтобы донести какие-то мысли. Как правило, последние были связаны с величием того или иного маньчжурского рода, либо конкретного человека.
Тем не менее образы, в которых они меня описывали, были забавны — то к ним обращался громадный монстр человекоподобного вида, то окутанный силой лев, то великан с огромными алыми глазами.
Жрица так успешно копировала манеру маньчжуров излагать истории, а детали их рассказов оказывались настолько безумными, что совсем скоро хохотали все, без исключения.
