— Да? Тебе нравится быть хорошим для меня?
— Да, — ответил Ной, воспламеняясь.
Адам снова ударил его по лицу, на этот раз немного сильнее.
— Спорим, тебе ещё больше понравится быть для меня плохим.
Все мысли Ноя ненадолго улетучились, размышляя, на что похоже быть плохим для Адама. Адам поднял его на ноги и притянул к себе для ещё одного грязного поцелуя.
— Раздевайся. Сейчас же, — прорычал он, отталкивая его.
Ной изо всех сил старался сбросить с себя одежду под пристальным взглядом Адама. Это было проще, когда они занимались сексом в трейлере Ноя, но теперь, в комнате Адама с её огромным освещением, разница в их внешности бросалась в глаза.
Хотя Ной не считал себя уродливым, но ростом он был ниже Адама, тело у Ноя мягкое там, где у Адама твердое, бледное, когда у него было золотистое от загара.
Но когда Ной поднял голову, Адам изучал его волчьим взглядом.
— На кровать. — Ной тяжело сел, во рту пересохло, когда Адам сбросил с себя нижнее белье. Ной потянулся к нему, но тот покачал головой.
— Не-а, не так. Я хочу, чтобы ты встал на четвереньки.
Ной застыл от потрясения. Адам собирался трахнуть его? Что-то дрогнуло глубоко в нём при мысли о том, как Адам будет раскрывать его, вводить свой член в него, проникая внутрь. Ною нужно перестать думать, пока он не кончил нетронутым от одной мысли о том, что может сделать Адам. Он итак едва держался.
Ной сделал то, что ему сказали, чувствуя себя до странности уязвимым, стоя обнажённым спиной к Адаму. Не то чтобы боялся, просто осознавал, каждый его орган чувств был в состоянии повышенной готовности.
Кровать прогнулась позади Ноя, а затем Адам нежно провёл тупыми ногтями по бёдрам Ноя, отчего по коже пробежали мурашки, а затем исчезли.
— Ты мне нравишься таким, — размышлял Адам. Он провёл пальцем между ягодиц Ноя, дразня его дырочку. — Полностью открыт для меня.
Ной резко вдохнул, когда Адам хлопнул рукой по его заднице, отчего по ней пробежал огонь. Ной застонал, когда Адам провёл губами по разгорячённой плоти, а затем резко ударил по другой ягодице.
Ной прикусил нижнюю губу, подавляя очередной беспомощный звук, когда Адам ртом успокоил и эту рану.
Он приготовился к следующей порке, но её так и не последовало.
Ной вскрикнул, когда Адам неожиданно провёл языком по его входу.
— Черт, — прохрипел он, упав на предплечья, спина выгнулась дугой, руки вцепились в подушку Адама. — О, боже.
— О, да. Вот так. Выгни спинку для меня.
