Переполох
Дариш
Если бы Камилл знала, чем с утра занимался ее достопочтенный супруг, то вечерний бал мог бы и не состояться. Ситуация с Софи заставила мага иначе взглянуть на то, как ведется хозяйство в его поместьях, и содержится прислуга.
В воспоминаниях двух маленьких девочек, он увидел не только сцены связанные с дейрой, но и детали повседневного быта сестер. Грязная одежда, вечный голод, тяжелый, рабский труд, бесконечный страх. Все это поразило Дариша настолько, что тот чуть не убил детей. Не специально, конечно.
Люди плохо переносили магическое вмешательство в свой организм. А маг, на несколько мгновений потерял контроль. К счастью для девочек, все закончилось хорошо. Они на время вернулись к себе в кухню. А Дариш осознал, что сейчас придется не только выбирать дейру, но и наводить порядок в собственном доме.
А еще, магу было стыдно. Пробраться в воспоминания Софи он не смог. Проклятый змей поставил на девушку защиту. Не только физическую, но и ментальную. Но проанализировав все события, произошедшие с ней в дни пребывания на отборе, ужаснулся.
Сначала, ее фактически оставили раздетой, дали в услужение двух кухонных замарашек, принудили лечь к нему в постель, опозорили перед самыми высокими домами Дирамара и попытались убить. И все это у него под носом. В собственном доме.
Но еще хуже становилось от того, что советник Хаш, скорее всего, в ее сознании побывал. А даже, если и нет, то большинство из этих событий происходило у него на глазах. По крайней мере, то, что дейру пытались убить, он знал.
И то, что Дариш, не предпринял попыток ее спасти, тоже не было секретом. Это, не красило в глазах нагов ни самого мага, ни императора, ни империю.
Даришь оторвался от бухгалтерских бумаг, и перевел взгляд на сэя Мадора и сэю Кюри. Они целое утро провели в кабинете Шутрука, наблюдая за тем, как маг перекладывает многочисленные бумаги из одной папки, в другую.
Люкар Мадор уже много десятилетий вел общую бухгалтерию всех поместий, которые принадлежали Даришу.
Невысокий мужчина, с густыми кустистыми бровями с интересом наблюдал за тем, как Дариш изучает его отчеты. В карих глазах бухгалтера не было ни страха, ни предвкушения грядущей грозы. Точнее, бури. Вообще, Мадор всегда отличался патологической честностью в делах. Что не раз спасало ему жизнь и репутацию. Чего нельзя было сказать о сэе Кюри. Она нервно теребила носовой платок, вытирала со лба крупные капли пота, и то и дело, поглядывала на дверь.
