– Он выехал на проспект. – Это помогает избежать ненужных ошибок, ма. Разве нет?
– С твоим отцом проклятая осторожность как раз сыграла злую шутку.
Она запахнулась в шубу, уставилась в окно и молчала до самого отцовского дома. Они впервые поехали туда после его смерти. Инициатива совместной поездки принадлежала, как ни странно, матери.
– Я тоже хочу туда поехать, сын, – заявила она, когда Степа обмолвился, что собирается заглянуть в квартиру отца и разобрать там вещи. – Я тоже имею на это право.
Он не стал возражать, а теперь жалел.
Мать начнет ворчать. Будет плевать в каждый угол, упрекать отца в скопидомстве. Бедно у него было, очень бедно, когда Степа в последний раз его навещал. А было это…
– А я ведь несколько лет не был в его квартире, – вдруг вспомнил он, останавливаясь у двери, чтобы достать ключи. Обернулся на мать, удивленно поднял брови: – Дверь была другая.
– Дверь была другая, – согласилась она и нетерпеливо толкнула его под локоть: – Открывай уже, Степа!"
"Не только дверь оказалась другой.
Все в квартире отца изменилось. Степан с удивлением рассматривал новый кожаный диван в гостиной и плазму в полстены, новенькую кухню со встроенной бытовой техникой и дорогими стульями вокруг круглого стола из бука.
– Мам! Ты что-нибудь понимаешь?
Степа еще раз обошел квартиру отца, ничего в ней не узнавая. Все было новым.
– Мам, это не ты?
– Что я? – Мать скинула шубу на спинку стула и сидела за круглым столом, потягивая дорогой виски из низкого пузатого стакана.
– Не ты приложила руку ко всему этому? – Степа повел руками вокруг себя.
Взял в руки бутылку, повертел. – Ничего себе! Это виски стоит несколько тысяч! Ничего не понимаю… Откуда? Это не ты, мам?
– Если ты имеешь в виду, что я помогала твоему отцу как-то выживать, а выживал он, судя по всему, неплохо… – Мать щелкнула пальцем по бутылке с виски, которую Степа вернул на стол. Хмельно улыбнулась сыну, отрицательно качнула головой. – Нет, мальчик мой. Это не я. Мы, конечно, время от времени общались с Ваней, не скрою.
Я даже бывала у него пару раз, правда, так давно… Но чтобы содержать его – нет. Это не по мне, ты знаешь. А здесь, детка, денег вложено немало. – Мать по примеру сына обвела руками вокруг себя. – Я на такую благотворительность неспособна, ты же знаешь.
Да, он знал свою мать. И знал, что, вложив во что-то рубль, она захочет вернуть сотню. Жизнь с отцом она всегда считала убыточным предприятием, поэтому они и разошлись много лет назад.
