И снова она права. Алекс полулежал в кресле спиной к входу. По его расслабленной позе видно было, насколько он устал. С того места, где стояла, она могла рассмотреть только левую руку, свесившуюся с подлокотника, и вытянутые далеко вперед ноги. Может, он задремал? Сейчас она живо его разбудит. Это ее шанс, может быть, последний! Ее шанс вернуться в шикарную обеспеченную жизнь.
Вероника грациозно изогнулась, уложила ладошки на талию и, шагая высоко от бедра, пошла вперед. Сейчас он увидит.
– Алекс! – Она едва не задохнулась.
Алекс смотрел на нее и не видел. Он не мог ее видеть, потому что был мертв – это она поняла в то же мгновение. Распахнутая на груди рубашка была пропитана кровью. Крови было столько, что хватило бы на троих убитых, зачем-то подумала Вероника и попятилась.
Осторожными шажками, будто боялась кого-то разбудить, она вернулась в прихожую. Натянула платье, куртку, глянула на себя в зеркало – и не узнала.
Страшное бледное лицо с круглыми от ужаса глазами. Трясущиеся губы. Судорожно стиснутые пальцы.
Пальцы! У нее же брали отпечатки! За что она здесь успела схватиться? Вероника бросилась вытирать шарфом дверную ручку, вертушку замка, крючки вешалки, даже зачем-то зеркало. Вытерла, отдышалась, глянула на свет, тонущий где-то в недрах квартиры.
Она ведь так и не забрала у него свои вещи! С чем она осталась? Она же последние копейки сегодня грохнула на то, чтобы привести себя в порядок! Алекс ей больше не поможет, он мертв. Ей в затылок дышит полиция, она под подпиской о невыезде.
Если они узнают, что она была сегодня вечером в его квартире…
А они узнают непременно. Камеры видеонаблюдения, они в этом дворе повсюду. Она уже однажды засветилась перед камерой и из-за этого чуть не села. Сто процентов, она засветилась и сегодня. Да, и еще Жанка знает, что у нее свидание с Алексом.
Удирать смысла нет, это точно. Значит, что? Значит, надо звонить в полицию. Пусть приезжают и будь что будет. Если промолчит, будет только хуже. Будет, как с той девкой, которую она не трогала и из-за которой чуть не села.
– Алло! – Вероника трясущейся рукой поднесла к уху телефон. – Товарищ капитан, вы?
– Так точно, с кем имею честь?
Кажется, капитан был навеселе. Да плевать! Пусть хоть в стельку пьяный, лишь бы помог.
– Это Вероника Мячина, подруга Алекса Гнедых.
– Так-так. Вы ведь расстались, насколько я помню, – уточнил капитан вполне нормальным трезвым голосом.
– Да, но сегодня я ему позвонила, и мы… Словом, мы решили начать все заново.
