Ей пришлось много отдать из собственных сбережений за адвоката. Очень много, если не все почти. Нет, она, конечно, не жалеет. Адвокат оказался профи, все претензии к ней разметал в пух и прах. Ее освободили, правда, под подписку о невыезде, но она все равно уедет. Все равно удерет. Только бы вещи свои забрать у Алекса.
– Как думаешь, отдаст? – спросила она у Жанки, когда поделилась этими соображениями.
– А зачем они ему? Конечно, отдаст. Но знаешь что я думаю?..
Подруга ненадолго отвлеклась на домработницу, которая принесла завтрак.
Холодно, но вежливо попросила поставить все на столик возле кровати. Поблагодарила и попросила минут через двадцать забрать грязную посуду.
Быстро, ничего не скажешь, очень быстро она вжилась в роль супруги обеспеченного мужа. Пусть еще не официальной, все равно.
– Так что ты думаешь, подруга?
Вероника болезненно сморщилась, обнаружив, что ее вчерашний маникюр, сделанный в дешевом салоне, выглядит отвратительно. Проще сказать, никак не выглядит. Как будто она не отсидела час в очереди и не морщилась потом от неумелых движений бестолковой маникюрши.
– Думаю, что сейчас ты можешь попытаться все наладить. – Жанка понизила голос до шепота и громко хлебнула то ли кофе, то ли сока. – Он сейчас один. И не в лучшей форме.
– Переживает за свою девицу? – горько ухмыльнулась Вероника, сжимая пальцы в кулачок.
– Ай, оставь! – весело хохотнула Жанка. – Я тут такое подслушала, милая!
– Какое? – Сердечко Вероники тревожно дернулось.
– Девица эта ничего, по ходу, для Алекса не значит и не значила!
– Так он из больницы от нее не выходит.
И по счетам он платил. Это я точно знаю, у меня там знакомая работает.
– Так-то да, но…
Жанка вдруг принялась отвратительно чавкать. Вот вам и светская дама. Вот вам и хозяйка дорогого дома. Интересно, при Стасе она так же безобразно жрет? Вероничка злорадно улыбнулась.
– Так что «но»?
– Девица эта, я полагаю, представляет для наших мужчин какой-то коммерческий интерес. Я не могу рассказать тебе всего, сама понимаешь! – Голос подруги интимно дрогнул.
– Стас никогда не простит предательства. Но, уверяю тебя, для Алекса эта девка ничего не значит.
– Не эта, так другая, – со вздохом проговорила Вероника, боясь верить в удачу.
– Так нет никакой другой, поняла? Нет! Он вчера заезжал к нам ненадолго. И вид у него был такой…
– Какой?
– Сама знаешь, какой вид бывает у твоего Алекса, когда он долго без секса.
– Да ладно! – Сердце подпрыгнуло до самого горла, колени свело.
