Защитные барьеры гостиницы, Мьёльнир взял под контроль без малейшего усилия — на то, чтобы перехватить управление простенькими артефактами, у спутника ушли считанные секунды.
Вот на то, чтобы выбрать несколько десятков произвольных камней среди дорожек и превратить их в артефакты, выстроив около гостиницы уже настоящую защиту, ему потребовалось куда больше времени. Хотя и тут, с первым этапом он совладал за какую-то минуту. Немного ожидания и вместо барьера, что не пропускал внутрь чужие взгляды и мог отразить пулю, мы получили щит, сломать который окажется под силу только Одарённому в ранге Великого Мастера.
Мощный барьер, состоящий из множества искривлённых слоёв, которые ещё и переплетались между собой.
Впрочем, спутник продолжил, увлёкшись задачей — что-то подсказывало, спустя четверть часа, сюда будет сложно прорваться даже отряду Хранителей, под завязку накачанных силой мёртвых душ.
Оболенский новый защитный контур тоже заметил. Задумчиво крутанул правый ус, огляделся вокруг и уважительно покосился на Мьёльнира, что так и обвивал моё правое запястье.
Лера, сопровождаемая Жориком, устремилась на кухню ресторана, который располагался внизу. Уловив взгляды Ульриха и Прохора, устремлённые в сторону, откуда пахло едой, я понял, что до сих пор не озвучил никаких инструкций.
— Сейчас у всех есть три часа, чтобы отдохнуть. Если я вдруг не проснусь сам, будите.
Стоило мне двинуться к лестнице, как за спиной послышался голос Ульриха.
— Что делать, если заявится патриарх?
Оглянувшись, я скептически приподнял брови. Древняя легенда, судя по рассказам о её появлении, появлялась исключительно ночью и только, когда человек спал. Сейчас же под условия подходил только второй критерий — на улице было светло.
Свенсен понял мой взгляд по-своему.
— Всякое же может быть. Если это правда, то стоит иметь какой-то план.
Вздохнув, я выжал из себя усталую усмешку.
— Мьёльнир выставит артефакторную защиту, накопителей ещё хватает.
Если заявится — постарайтесь не убивать сразу. Если он реален и разумен, было бы неплохо поговорить.
Оболенский кашлянул и посмотрел на меня со странным выражением лица.
— Василий, ты силён, спору нет. Но патриарх убивал Одарённых вроде меня и Симеона. Не думаю, что от него легко даже просто защититься. Не говоря уже об убийстве.
В ответ я лишь пожал плечами — сил на то, чтобы вступать в дискуссию, у меня уже не было.
