Но быстро взяла себя в руки. Покосившись на Кристину, которая была уже совсем рядом, снова глянула на меня и кивнула.
— Хорошо. Пусть присутствует. Тем более это напрямую касается твоего рода, Василий.
Я придал лицу вопросительное выражение, но вместо царевны неожиданно заговорил Шуйский.
— Начнём с того, что нам поступил ультиматум от трёх Домов империи Цин. Они возмущены вероломным бегством Маховых и несоблюдением договорённостей со стороны княжеских родов Российской империи. Как будто этого мало, указывают на содействие со стороны Рюриковичей.
Артефаторная защита зала заработала, как только Дарья перешла к обсуждению дел. Я видел появившийся искусный барьер снаружи, а Мьёльнир, за счёт продолжающегося контакта, демонстрировал мне внутреннюю сторону процесса.
Впрочем, всё это происходило фоном. Да и в целом, я не понимал, почему разум зацепился за этот момент. Что-то внезапно показалось важным, но сколько я не всматривался в возникший щит, упорно не мог понять, что именно.
Прежде чем я успел задать вопрос, послышался голос Оболенского.
— Так Василий же теперь герой. Маньчжурам его отдавать никак нельзя. Давайте лучше я сожгу Стамбул.
Дарья, которая смотрела на меня со странной смесью тревоги и злости, шумно выдохнула, поворачиваясь к Оболенскому.
— Бой только закончился. Когда вы успели выпить, князь? Как сожжение Стамбула поможет отбиться от претензий Цин?
Тот медленно покачал головой.
— Ничего вы Дашенька, не смыслите в дипломатии. Если Цин будут настаивать, то вы им просто пригрозите, что отправите меня в Пекин с визитом.
Там говорят, у каждого их князя по гарему, что больше султанского. Так что, одна сотня наложниц там, другая здесь, и в конце концов маньчжуры начнут возмущаться. А там и повод найдётся.
Дарья не нашлась, что сходу ответить на это предложение. Зато слова обнаружились у Шуйского.
— Ваше Сиятельство, вы забываете, что Пекин защищён не в пример лучше столицы Порты. Это при штурме Константинополя, выжгли всю древнюю защиту и потом ставили всё заново.
Пекин тоже пережил немало битв, но ничего подобного в его истории не было.
Кавалергард нахмурился, видимо собираясь что-то возразить, но тут в воздухе прозвучал неуверенный голос Кристины.
— А ещё сами Цин не являются стороной конфликта. Дома, что выдвинули претензии из-за Маховых, сами по себе. Нам, они к слову, тоже прислали требование.
Я вопросительно поднял брови, смотря на девушку и та едва заметно усмехнулась.
