А если вспомнить, что подобных структур было всего две, догадаться кем являлась многочисленная группа погибших, не входящих в состав ордена, оказалось несложно.
География охватила весь мир — от Азии и Европы до североамериканских колоний, государств ацтеков и соседствующих с ними испанских владений. По разделённой на части Африке, тоже прокатилась волна непонятных смертей, которым предшествовали истерические исповеди. Хранители одномоментно канули в прошлое. К счастью, меня в качестве возможного фактора влияния упоминали только некоторые имперские издания.
Иностранная пресса на роде Афеевых не акцентировалась.
Ознакомившись с краткой сводкой о подготовке войск во Владивостоке и общему состоянию дел, я связался с Олегом, который был занят тем, что напоминал Китаю о существовании Чжэнь-у.
Из двадцати четырёх артефактов, которые соорудил Мьёльнир, тот пока установил только треть. Да и то за счёт того, что большая группа целей находилась близко друг к другу.
Общались мы при помощи обычного дарфона — по мере развития своих способностей, иномирец смог переводить в призрачное состояние посторонние вещи, не снижая скорости перемещения.
Правда и расход энергии серьёзно вырастал. Но учитывая, чем он сейчас занимался, приток силы был более чем солидным.
Сам я тоже это чувствовал — к моей «искре» тянулся ручеёк естественной мощи от смертных. Настолько стабильный, что это было непривычно — от подобного, я успел отвыкнуть. Проект «Меркурий» на территории Владивостока был запущен, но пока давал только крохи силы.
Из Пусана её шло немного больше, но это всё равно было не то. Впрочем, теперь у меня имелось два города. Хранители оказались исключены из политической жизни, а враги и так предполагали, кто я такой. Я не видел ни одной причины, которая помешала бы перейти к более прямолинейным действиям.
Лера, которая в этот полёт прихватила с собой и свитских, занималась усилением костяных драконов, похоже решив превратить их в постоянное воздушное соединение, лихо подкрутивший усы Оболенский удалился отдыхать, что в его случае означало проверку качества вина в погребах крепости и плотное общение с корейскими служанками.
А Гифер занимался обучением Найхвы элементарным боевым печатям. Юная богиня таким положением дел осталась крайне недовольна — она хотела тренироваться со мной. Но в отличие от этой парочки, которая находилась в собственных телах, мой разум был заперт внутри смертной оболочки. Которой требовался отдых.
