Осветите это!».
— Друзья, мы вас слышим! Мы читаем всё, что вы присылаете. И мы обязательно поговорим об этом. Но… не сейчас. Не в утреннем эфире. Здесь мы хотим, чтобы вы начали день с лёгкой улыбки, а не с тревожного пульса и подрагивающего в нервном тике глаза. Я думаю, сегодня вечером мы устроим спецэфир — подробно, честно, без фильтров и цензуры! С участием экспертов. Будьте на нашей волне и не переключайтесь! Погодите… Что? Том? Сейчас? Fuck! Ладно, мне тут наш звукорежиссёр показывает знаками, что у нас есть звонок в студию… Ну давайте послушаем… Том, включай…
[пауза, шум эфира, лёгкий треск на линии]
— Энджи… [низкий, хриплый голос, слегка искажённый]
— Э-э-э… Доброе утро? Кто на линии?
— У тебя очень красивый голос… Особенно… когда ты шепчешь.
— Простите, вы кто?
— Ты смеёшься в эфире… А я смеюсь, когда слышу, как они кричат…
[щелчок — звонок обрывается]
— Эм… это был… очень странный звонок. Надеемся, что кто-то просто шутит. Очень… плохая шутка. Как думаешь, Джеф?
— Да… Дурацкая шутка! Напоминаем, друзья: угрожать в эфире — федеральное преступление.
А все ваши звонки записываются и при любой угрозе, шуточной или не очень — передаются в полицию. Поверьте — полиция вычисляет таких шутников за считанные минуты!
— Думаю, к нашему шутнику уже выехал наряд полиции, как подсказывает мне наш звукорежиссёр… Ну и славно! А пока напомню — держите двери закрытыми! Берегите себя! И слушайте Radio California FM. Для вас звучит «Tears in Heaven» от Eric Clapton…
* * *Полчаса назад я проводил Энджи на работу, прогулялся по набережной, дождался, пока её голосок ворвётся в эфир, прыгнул на свой старенький Харлей и неторопливо двинул по шоссе в сторону офиса «Hudson, Blackwell Pierce», размышляя о произошедшем за последнюю неделю…
Угу, прошла уже неделя с момента, как я вытащил Энджи из перестрелки и с тех пор, как мы с Джимми заключили наше маленькое соглашение.
Неделька, скажу я вам, выдалась та ещё…
С помощью Мишель я помог Баку восстановить полноценный статус ветерана — мы оформили запросы в нужные конторы, написали десяток писем от его имени и составили полдюжины прошений.
Провели его через бюрократию, которую он сам бы никогда не осилил. В итоге, парень получил страховку, медицинское обслуживание, списание большей части долгов перед государством и даже первую выплату от Департамента по делам ветеранов.…"
"Вчера Бак притащил в бар свой первый чек на шестьсот с лишним долларов, и долго тряс им перед лицом Джо.
