– Точно не следовало! Хорошо, что разобрались, но я бы предпочел, чтобы племя не знало о действии фруктов, – безэмоционально произнес я.
– Понимаем. Видимо следует в связи с этим внести новые законы, дабы обезопасить хитарис?
– Я подумаю над этим! – отмахнулся от тех, кто еще несколько мгновений назад без зазрения совести подозревали нас с братом в насилие над самкой.
Передо мной стояла важная задача – а именно, казнь двух ублюдков, измывающихся над нашей парой. И отвлекаться на другие проблемы я более не собирался.
Хватит им ходить по земле безнаказанным. Пусть буря и отсрочила казнь, время пришло.
Я полыхал изнутри, но теперь точно знал, им не избежать смерти.
– Хиташ, ты бы лучше к Анье и малышкам шел, – взглянул я на друга, стоящего недалеко от меня.
– С ними Архош, а тебе нужен тот, к кому можно повернуться спиной. Давай не будем затягивать! – коротко отчеканил он, запрыгивая на своего турала.
К моменту, как солнце оказалось высоко над головами, мы отправились к ближайшему гнезду аяши. Все мои мысли были рядом с Риной.
Я сходил с ума от переживаний. Помнил, как тяжело ей было в прошлый раз справиться с действием фруктов. И даже тот факт, что по сути она получала от нас удовольствие, не помогал, ведь потребность была болезненной, отчаянной.
Совершенно не той, которую женщина испытывала от наших прикосновений и ласк.
Сказать, что я был зол из-за этой выходки – ничего не сказать. Но с другой стороны, вероятность того, что мы выпутались бы из этой ситуации без помощи нашей пары стремительно близилась к нулю.
У Бэка и Хейда было все продумано намного лучше, чем мы вообще могли ожидать. Два ублюдка прекрасно понимали, что факт о действии фруктов мог подвергнуть опасности не только Рину и Анью, но и близняшек, так как никто не знает, как их организм воспримет этот сок.
В Киране и Авани слишком много от хитарис, я бы сказал, что они только цвет глаз взяли от отцов, в остальном же пошли в свою мать. И мне было страшно представить, что в будущем кто-нибудь попытается воспользоваться ситуацией.
Конечно пока девочки малы, даже самому отбитому идиоту не придет в голову к ним прикоснуться… Но время идет, и что будет дальше никто не знает.
Так что мы с Рухташем молчали бы до последнего, никому не раскрывая тайну. Итогом которой могла бы стать наша казнь, вместо виновных ублюдков… Я просто надеялся, что до этого не дойдет и мы сможем очистить свои имена.
– Чья идея была раскрыть секрет? – взглянул я на Хиташа, сидящего на соседнем турале."
"– Анье.
