Уезжать будем вместе. Отвезу тебя домой. Если ложью пыталась поскорее от меня избавиться, то не получится.
— Почему?
— Потому что.
Бросает раздражённо, сжимает кулаки до побелевших пальцев. Отворачивается, делает быстрые прерывистые вдохи. Пытается вернуть контроль над эмоциями.
— Я схожу за чем-то холодным, — оповещает вдруг. — Тебе, наверное, надо приложить к ушибу. Раз тут никто не спешит помогать.
— Ром… — зову его, не зная, как ещё извиниться.
— Нормально всё, Юль. Пока прогуляюсь — остыну. Точно сотрясения не чувствуешь?
— Нет.
Только ушибы.
— Хорошо.
Стоит мужу уйти, как я прикрываю глаза. Корю себя за несдержанность, за такую жестокую ложь.
Хотела проверить, Юль.
Молодец, получилось.
А дальше-то что?
А по дальнейшим планам пустота. Темнота непроглядная. Потому что я совершенно не понимаю, что происходит. И как мне поступить.
— Вот, — Рома возвращается минут через пятнадцать, протягивает мне лёд в стаканчике, обмотанный салфетками. — Приложи к голове. Вроде сказали, что можно.
Второй такой же стаканчик муж прикладывает к моей руке, едва касается, чтобы не причинить боль.
Как только заметил, что предплечье я тоже стукнула? Я ведь не говорила.
— Где ты так упала? — спрашивает муж. — Вроде возле твоего банка тоже всё чистили и посыпали.
— Я не там была, — Рома напрягается, бросает на меня взгляд. Я не обязана отчитываться, но всё равно объясняю: — Возле остановки, когда уже шла с работы. Там ещё не почистили, скользко. А я ещё спешила, хотела успеть на автобус. Вот и упала.
— Понял. Давай ты теперь на такси будешь кататься, ладно? Пока такая погода.
— Ром…
— На это я тоже денег дам. Считай моей личной прихотью, ладно? Я оплачу эти поездки. Кире нужна мама. Здоровая и радостная. И мне ты тоже нужна.
Я делаю резкий вдох. Чувствую, как температура в помещении начинает стремительно повышаться.
Сглатываю, пытаясь отгородиться от слов Ромы. Сделать вид, что совершенно их не слышала.
— Если ты решила не разводиться, а стать вдовой — то так и продолжай, — усмехается муж.
— Доконай меня, Юль. Совсем не жалко?
— Может капельку? — пожимаю плечами. — Чуточку.
— Мы договорились?
— Я…
— Алимбаева, — оглашает врач, вызывая недовольный гул очереди. — Проходите в первый кабинет.
— Я ведь ещё должна ждать, — хмурюсь, обращаясь к мужу. — Постарался?
— Нашёл, с кем можно договориться. Давай, Юль, там уже малышка тебя заждалась.
— Манипулятор.
— Всё что угодно, лишь бы тебя, наконец, осмотрели.
В смотровую Рома заходит со мной.
