Полиция долго будет перематывать эту запись с удивлением и восхищением во взглядах. У нас взяли показания и отпустили. Могли бы задержать и более детально опрашивать, но связи в нашем мире решают все. Проводить вечер в отделении не было никакого желания, поэтому Стас позвонил знакомому генералу, штатных сотрудников попросили как можно скорее нас отпустить и не задерживать.
Приезжем домой, продукты выгружает на кухне. Закрываю дверцу холодильника, Стас подхватывает меня на руки и несет в нашу спальню.
— Юматов, с ума сошел? Скоро гости приедут, — но из объятий не вырываюсь.
Мне тут хорошо.
— Тебя нужно переключить, — с улыбкой в глазах. — Заменить негативные воспоминания, я знаю отличный действенный метод…
Метод действительно рабочий! Расслабленная, залюбленная и счастливая, я лежала в объятиях мужа и не хотела их покидать.
«Я тебя люблю…»
«Я тебя тоже…» — необязательно произносить эти слова вслух, они слышатся в каждом вздохе, в поведении, в прикосновении, поцелуе. Мы научились чувствовать друг друга.
Глажу его шрамы, которые он спрятал под наколками. Стас только с виду бизнесмен, в душе он все тот же спецназовец. Ему идет. Обвожу шрам от пулевого ранения на плече, который год назад заставил меня поволноваться."
"Я много лет не знала, что его командировки по работе не всегда безобидны. Управление не перестает его дергать. Правильно говорят: бывших снайперов не бывает. А узнала я о том, что Стас вылетает на задания, когда он перестал выходить на связь. Улетел в Швейцарию — и три дня тишины.
Думала, сойду с ума. Яру пришлось признаться, что мой муж ранен, его перенаправляют в наш госпиталь. Теперь молюсь перед каждой командировкой, ведь он так ничего и не рассказывает. Не хочет, чтобы я не волновалась, но Стас забывает, что я отлично его чувствую. О он всегда обещает вернуться и держит свое слово…
— Я люблю тебя, — целует в губы, углубляет поцелуй…
Мы немного увлекаемся…
Приходится собираться в спешке, потому что гости уже на пороге…
**** ****
Стас
— Ты чего не спишь, мужик? — беру сына на руки и подхожу к окну.
— Вовремя я зашел вас проверить, — улыбаюсь Яру. Сейчас бы сбежал. Подхожу к окну, выглядываем вместе во двор, где наша мама убирает со стола, а Алеста ей помогает. Почти все успели разъехаться. Багировы остались у нас с ночевкой.
Дед звонил, благодарил, что отправил к нему правнуков. Старик совсем сдал, с трудом передвигается, практически не выходит из своего дома, который стал ему одиночной камерой.
