Словно не верил, что я в этой жизни чего-то добиться могу.
— Будет. Если замуж за меня выйдешь, — внезапно выдает он, а я теряюсь. Не сразу доходит, что он шутит. Слишком уж серьезное выражение лица у него в этот момент было.
Я нервно хихикаю.
— А, точно, я же стар для тебя, совсем забыл, — возвращает сказанные мной в первую нашу встречу слова, а потом немного сбавляет скорость.
Дальше едем в молчании. Дамир делает громче музыку. Я прикрываю веки, позволяя себе расслабиться. В салоне пахнет мужчиной, приятный аромат щекочет ноздри.
Напоминаю себе, что Дамир всего какой-то час назад был с другой женщиной и запрещаю пускаться в мечты о нем.
Дорога занимает совсем мало времени, машин почти нет, поэтому Дамир летит по проспекту и вскоре тормозит у моего подъезда. Глушит мотор. Мы одновременно друг к другу поворачиваемся, встречаемся взглядами в полутьме салона. Меня бросает в жар, мне нужно поблагодарить его и попрощаться, но я тяну.
— Мое предложение о другой должности для тебя в силе.
Если надумаешь — звони. Я оставлю тебе свою визитку, — его голос обволакивает меня. Но вопреки своим словам он не двигается, не тянется к кошельку или бардачку, чтобы достать визитку.
Он опускает взгляд на мои губы и я непроизвольно веду языком по нижней. Сердце начинает грохотать, словно сумасшедшее.
— Ни одного мужика еще помучаешь, Аврора. Красивая ты девка, — тихо произносит он с сексуальной хрипотцой в голосе.
Я сглатываю. Глаза бегают по сторонам, щеки алеют, в конце концов взгляд на его шраме задерживаю.
Непростительно долго и он замечает это. Толкует по своему.
— Не нравится? — выражение его лица становится жестким, взгляд — острым, как лезвие.
Я качаю головой.
— Пугает?
Снова не угадал.
А потом я тянусь рукой к его щеке и кончиками пальцев почти невесомо касаюсь грубого шрама, который исполосовал его лицо. Дамир напрягается, воздух в салоне сгущается.
— Как это произошло? — тихо спрашиваю я, боясь сделать вдох.
— Это не та история, которую я всем на каждом шагу рассказываю, — излишне резко произносит он и отстраняется. Моя рука опускается на колено.
— Я бы поцеловала тебя на прощанье, но ты был с другой, а еще жуткий грубиян, — надеюсь шуткой скрыть то, что его слова меня зацепили. Лишний раз напомнили, что я в его жизни никто. И все же, я не должна так реагировать, но этот мужчина цепляет какие-то невидимые струны моей души, не даёт стереть его из памяти.
