— Тогда что? — он буравит меня тяжелым взглядом, я никак не соберусь с духом.
— Разговор сейчас о Дамире пойдет? Если так, то тебе лучше и дальше молчать.
— Ну, и о нем тоже. Но ты все не так понял, — оправдываюсь я, хотя на самом деле все он правильно понял. — Меня отчислили, пап.
Наконец-то произношу вслух то, что так боялась сказать.
— Что? А ну-ка повтори, дочь, — я узнаю этот взгляд и тон его голоса, мне точно конец. Прежде чем отец закатит скандал и начнет вещать о моей безответственности, я кратко пересказываю историю о конфликте с Мироном.
Отец злится еще больше, клянется прикончить урода.
— Дамир помог мне, папа. Я боялась вам говорить об этом, знала, что ты захочешь отправить меня в юрку. Он… он помог с восстановлением. Только мне семестр придется отучиться в другом университете, но я не буду никуда ехать. Пропущу год и заново семестр начну. Это даже к лучшему, не увижусь с тем придурком.
— Зачем ты тревожишь чужого человека, Аврора? Ты ко мне должна была с этим прийти!
— Так получилось, — виновато опускаю взгляд, смахиваю слезы с глаз.
— Он спросил меня почему я такая грустная по дороге в город, между нами завязался разговор и он предложил помощь. Он спонсирует какой-то фонд в нашем университете, так что для него не составило труда решить мою проблему. Подробностей я не знаю, потому что как раз пришел ты и мы с ним не договорили, — я утопаю во лжи еще больше и мне безумно стыдно перед отцом. Но сказать напрямую об отношениях с Дамиром не могу. К тому же сам мужчина тоже не оценит такого откровения с отцом.
— Я позвоню ему и переговорю обо всем сам. Заодно спрошу что мы будем ему должны, — после долгой паузы наконец-то произносит отец и я немного расслабляюсь. — Впредь, пожалуйста, со своими проблемами приходи ко мне, а не к чужим людям. Я считал, что у нас доверительные отношения.
— Мне просто было стыдно. А еще я не хотела вам с мамой портить настроение. Вы ведь так счастливы, что ребеночка ждете.
— Наличие второго ребенка, Аврора, не делает тебя меньше нашей дочерью.
Я хочу чтобы ты знала, что мы с мамой тебя всегда поймем и поддержим, поэтому не нужно от нас ничего скрывать, хорошо?
Я уже вся утопаю в слезах, которые не остановить. Отец обнимает меня, успокаивая.
— Ложись спать, Аврора, уже поздно.
— А ты?
— А я в отеле переночую, у тебя ведь еще нет дивана. Мне нужно еще о встрече на завтра договорится. Встретимся завтра за обедом, хорошо?
Я киваю. Так даже лучше. Смогу вдоволь нареветься, не вызывая подозрений.
