Жирные точки вокруг врат так и оставались на месте в прежнем количестве. Значит эти крабы не из основной свиты. Что же тогда там нас ждет? Вот скоро и узнаем. Может они вообще неподвижные? Тогда это многое объясняет, только не факт, что это нам поможет. Неподвижный сильный противник тоже может причинить кучу неудобств и проблем.
Мы потихоньку подкрались ближе в вратам, но знакомиться с неподвижными стражниками лично не торопились. Антоху я снова загнал на дерево. Расположившись высоко в ветвях он посмотрел сквозь прицел на поляну и начал тихо материться, не забывая жаловаться, что его тошнит от этого зрелища.
Мы втроем начали обстреливать поляну из огнеметов навесом, Антон корректировал огонь и добавлял своего. Через несколько минут охраняющие врата вросшие в землю чудища были уничтожены, но подойти к воротам было невозможно, пока не догорели монстры. Мы уселись на ствол рухнувшего клёна и ждали, пока Антон даст сигнал.
Я удрученно рассматривал испорченные клинки шашек, потом протер их носовым платком и убрал в ножны.
Вопрос замены стоял остро, надо что-то придумать в ближайшее время. Андрей перезарядил «Шамана» и снова уставился в планшет.
— Паш, посмотри, что-то мне это не нравится, — он повернул ко мне экран и показал на слабо мерцающие точки, где недавно были жирные и яркие. — Такое впечатление, что мы не убили их полностью. И притока я, кстати, особо не ощутил. Это получается, что мы их не добили?
— Выходит так, — ответил я, вглядываясь в еле заметные мерцания. — Значит надо идти на место и добивать.
Давайте не будем затягивать с этим. Антоха, как там дела?
— Пламя почти угомонилось, — ответил он с сомнением в голосе. — Или мне кажется, или там всё ещё что-то шевелится.
— Тебе не кажется. Оставайся пока там. Если что, сверху прикроешь.
Я первым встал с нашего насеста и потопал вперёд, остальные поторопились следом. Вокруг нужной нам поляны подлесок был гуще и много бурелома, через который приходилось перелезать. Я раздвинул кусты боярышника и офигел. Прямо передо мной из земли торчало подобие огромного мясистого (в прямом смысле слова) цветка.
Несколько ярусов искореженных огнем лепестков, в центре вместо тычинок пучок длинных щупалец, а вместо пестика — похожий на толстый пень выступ с зубастой пастью.
Щупальца живыми не выглядели, изрядно обуглены и из трещин сочится черная жижа. А вот зубастая сердцевина пострадала не сильно. Скорее всего во время нашей атаки она втянулась внутрь, а теперь снова вылазила наружу.
