Все кругом хвастались достижениями своих детей, а отцу похвастать было особо нечем. Только моим табелем успеваемости. Пару раз он обмолвился, что видит меня в роли именитого учёного.
Я специально на уроках физкультуры бегал медленнее, подтягивался с видимым трудом и все нормативы сдавал с натяжкой, чтобы все считали меня тюфяком. На самом деле я ещё тогда мог всех переплюнуть. В новой жизни я решил не повторять ошибок старой — я много и упорно занимался не только учёбой, но и физически. Просто делал это так, чтобы никто не знал.
Ну почти никто, Витя и Боря молчали, как надгробный камень, я знал, что им можно верить и не ошибся.
В итоге все «друзья» графа думали, что его сына можно перешибить соплёй, просто книжный червь. Возможно этим обусловлено, что тот соглядатай, которого я умертвил во дворе дома на Рублёвке был не особо крутым и рассчётливым и дал себя обвести вокруг пальца. Мои враги считали, что я слабак, ниже среднего. Теперь они в курсе, что это не совсем так и к следующему покушению на мою жизнь и свободу надо готовиться основательно.
Повернув за угол здания, я чуть не поседел. Возле фамильного лимузина стояла Софья и считала ворон. Просто ходила из стороны в сторону, ожидая своего благоверного. Когда я вышел из-за угла, она как раз шла мне навстречу. Ещё одно испытание моей выдержки. Я бросил на графиню наигранно скучающий взгляд, она удостоила меня таким же и мы оба сразу отвернулись, я пошёл дальше, не меняя темп шага. А она всё такая же красивая и цветущая, как я видел её в последний раз.
Красота и холод, как от снежной королевы.
Когда я повернул на выход с территории кремля, бросил взгляд на свою ненаглядную мачеху. Она сверлила меня ненавидящим взглядом, не предполагая, что я снова на неё посмотрю. Когда наши взгляды встретились, она резко отвернулась. Я очень хотел ускориться, чтобы побыстрее свалить отсюда, но тогда она поймёт, что я догадался, что она меня узнала. Поэтому я продолжил невозмутимо отмерять шаги до ворот, пока не скрылся из виду.
На неё я больше ни разу не обернулся. Пусть лучше считает, что я не знаю.
А я теперь знаю свою ближайшую цель для разборки. Пора с грустью и тоской вспоминать все обиды, которые она мне нанесла в своё время прошла. Настало время действовать. Софью надо убирать, пока она не убрала меня. Теперь я полностью уверен в том, что тот несчастный шпион, которому я сломал кадык, был её засланцем. И засранцем, да. Одно другому не мешает.
