Ты неплохо обороняешься, но в атаке ты всё равно недостаточно силён. Это хорошо, что ты можешь вливать силу в клинки, но надо и ловкостью уметь брать. Давай ещё раз попробуем, без использования силы.
Он убрал сломанные мечи и взял со стойки в углу другие. Наша тренировка продолжалась ещё полчаса с небольшими перерывами, мы оба вымотались и начали совершать ошибки. Когда взаимные тумаки от уже неконтролируемых ударов участились, мы решили закончить.
— А ты неплох, — сказал Саня, вытирая пот со лба. — Давай в четверг повторим, не возражаешь?
— Нисколечко.
— Вот и отлично, тогда до четверга.
— А завтра нет?
— Не, есть планы на вторник и среду, так что до четверга.
— Хорошо, буду ждать, — я протянул ему руку. — И спасибо тебе, Сань, премного благодарен за тренировки. Одного только понять не могу, почему ты обо мне заботишься?"
"— Мне сложно объяснить, но я попробую, — ответил он и потёр подбородок. — Ты такой же одинокий, как и я. У тебя есть друзья, постоянно какой-то движ, но я вижу тебя, как на ладони.
Ты один. Мой род тоже меня не поддерживает по одной простой причине — его практически не существует. Но об этом поговорим в другой раз, сейчас мне пора. У меня тоже есть движ и друзья, но это только маска. Маска, которую надевают люди, у которых нет поддержки и они делают вид, что всё в порядке. И ты и я в плену этой маски, но это единственно возможный способ существования. Ну всё, пока.
Платов вышел из мягкого зала, оставив меня офигевать от его проникновенной речи.
И совершенно неожиданной. А ведь он прав, я скрываю своё одиночество за маской социальной активности. Со стороны может показаться, что я жизнерадостный и целеустремленный, но на самом деле у меня есть проблемы, которые может увидеть только тот, кто испытывал или испытывает подобные проблемы. Это была моя личная тайна, теперь суть проблемы известна ещё одному человеку. Впрочем, мне известно о нём то же самое, только я не знаю, в чём корень его проблемы, это мне предстоит выяснить.
Зачем? Просто интересно, а может и пригодится.
В смешанных чувствах я вышел на улицу. О своем одиночестве до этого разговора ни разу не задумывался. Да, есть друзья, ворох событий, враги, но я и правда один. За спиной-то ничего нет. Осознание этого факта заставило задуматься над словами Бориса, может и правда отец не враг мне? Эта мысль испытывала в голове выраженный дискомфорт из-за сильно укоренившихся в сознании убеждений и стереотипов.
