Моя сосредоточенность на нем достигла такой интенсивности, что, когда он единственный раз бросил презрительный взгляд на общую галерею, меня пронзило чувство, что он догадался о моем намерении и выискивал меня в толпе.
Я покинула зал суда, как только объявили приговор. Думаю, мистер Фроггет надеялся, что мы выпьем с ним по чашке чая и побеседуем о наиболее удачных моментах защиты. Когда я протискивалась к выходу, он догнал меня со словами: «Вы, конечно, поняли, что помогло ей выиграть дело? Запомнили тот роковой вопрос?»"
"Я сказала, что тороплюсь – жду вечером гостей и должна приготовить ужин.
Но мы все-таки дошли вместе до станции метро «Сент-Пол» на Центральной линии, он поехал на восток, я – на запад. У меня созрел план. Сначала доеду до Ноттинг-Хилл, затем по Окраинной или Кольцевой линии до Эрлз-Корт, откуда несколько минут пути до моей квартиры, там пишу две одинаковые записки Эшу и тут же еду к нему. Записки я набросала за считаные минуты – одну оставлю у главного входа, другую – у заднего.
Текст я придумала уже давно: немного тонкой лести, разжигание любопытства и предложение денег, что в любом случае заставит его открыть дверь. Я писала от руки – не печатала: письмо должно быть личным. Перечитав его, я не сомневалась: лучше написать я не смогу.
«Дорогой мистер Эш! Простите, если покажусь вам назойливой, но у меня есть для вас предложение. Я не журналистка и вообще не связана ни с какими официальными инстанциями вроде полиции, социальной службы и прочими организациями, сующими свой нос куда не надо.
У меня есть работа, и только вы можете успешно с ней справиться. Если все удастся, Вы получите двадцать пять тысяч фунтов наличными. В работе нет ничего противозаконного или опасного, но она требует сноровки и ума. Конечно, все должно остаться между нами. Прошу о встрече. В случае отказа я вас больше не побеспокою. Жду около вашего дома».
Я решила, если в доме будет гореть свет, положу письмо в прорезь для почты, а потом позвоню или постучу, а сама быстренько спрячусь.
Он должен прочесть письмо до того, как меня увидит. Если его не будет дома, я положу записки в два места и стану дожидаться его возвращения – лучше всего в саду, если смогу туда попасть.
У меня был его адрес на Уэствэй, но до окончания суда я не появлялась у его дома – не хотелось дразнить судьбу. По этому маршруту я обычно не ездила. Я не знала, какие туда ходят автобусы, и, желая сберечь время и силы, решила взять такси, назвав шоферу неправильный номер дома.
