Алла отказалась – тогда думал, потому что я ей нравлюсь, - опять вздыхает. – Буйный еще несколько раз делал предложения и получал отворот. В итоге через несколько месяцев Буйный нашел повод и затащил Аллу на арену. Там он ее и унизил…
- Как унизил?
- Буквально раздел до нижнего белья и избил.
Я сжимаю кулаки. Вот же сволота!
- С тех пор она мечтает о мести. Но самой ей не по силам одолеть чемпиона. Алле нужен заступник – тот кто выступит от ее имени и смоет позорное поражение.
Во мне разгорается внутренний протест.
Теперь понимаю, почему в первый день в лицее вызвал столь бурный интерес у Аллы. С самого начала она нацелилась использовать меня как дуэльный пистолет. И хоть мне жаль девушку – безумно жаль – но быть пешкой мне не хочется. С другой стороны я сам игрался ее чувствами и вылепил из них привязанность к себе. Поэтому я действительно ей должен. Но после выплаты долга не хочу ее видеть. Пусть достается Жене, раз у них с детских лет нежные чувства друг к другу. Лично я пас.
Срываюсь к двери.
- Ты куда? – слышу окрик Жени.
- Расставить все точки над «i», - бросаю за спину.
Чтобы избежать в будущем претензий.
Глава 13 - Сударь и сударыни
Вхожу в женское общежитие – другие парни спокойно входят и выходят, значит, и мне можно в гости. Внутри планировка та же, что и в мужском корпусе: просторный холл у входа, следом еще один с креслами и плазмой. Группа девушек сидит в топиках и шортах. О чем-то щебечут. Привлекаю их внимание легким покашливанием и спрашиваю:
- Сударыни, не будете любезны подсказать, где размещается княжна Алла Настьева? – О, как заговорил! Окружение прекрасных особ обязывает.
- Коридор направо - третья дверь, суда-а-арь, - с улыбкой отвечает одна сексуальная барышня с косичками.
- Спасибо, сударыня - слегка кланяюсь ей, косясь в вырез ее растянутого топика. Грудь у девушки что надо. Хотя, сколько не наблюдаю, тут у всех девушек великолепные стоячие выпуклости, отличаются только размером. Видимо, таково свойство аристократической породы. Ведь дворяне на протяжении сотен лет заключают браки с подобными себе, считай, лучшими представителями нации.
Их тела просто обязаны быть совершенными. Мои же глаза сами собой ищут, оценивают, сравнивают прелести красавиц. Удав в штанах просится на волю, и ничего не поделать.
Вдруг подает голос другая девушка, обращаясь к соседке по дивану:
- Удивительно! Простолюдину уже сколько лет? Шестнадцать?
- Что же удивительного в моем возрасте, сударыня? – хочется хмыкнуть, но сдерживаюсь.