– Даже у леди Хелен?
– Она, конечно, ангел: красивая, спокойная, образованная, – у нее, пожалуй, будут ухажеры. Но джентльмены, даже более-менее подходящие, никогда не взглянут в ее сторону. В наше время мало кто может себе позволить взять девушку, у которой нет приданого.
– Ну почему же? Есть такие – рассеянно возразил Девон.
– Например? – с усмешкой спросил Уэстон.
– Кое-кто из наших знакомых… Северин или Уинтерборн…
– Знаешь, я бы не хотел, чтобы кто-то из них стал свататься к леди Хелен. Она никак не подходит на роль жены варвара.
– Ну, я бы не назвал владельца сети магазинов варваром.
– Риз Уинтерборн – вульгарный, безжалостный, ради личной выгоды готов поступиться любыми принципами… Может, конечно, кого-то и восхищают эти качества, но для леди Хелен он никак не подходит. Они сделают друг друга несчастными.
– Разумеется, сделают, это же брак.
Девон сел на старый, пропахший пылью стул перед письменным столом в глубокой оконной нише. Пока что библиотека с обшитыми дубовыми панелями стенами была его любимой комнатой в доме.
Стеллажи, доходившие до самого потолка, вместили тысячи три книг. Один книжный шкаф включал несколько узких выдвижных ящиков, где хранились карты и документы. Запахи бумаги, пергамента и книжной пыли оживляли терпкие нотки табака и чернил.
Девона привлек необычной формы деревянный ящик для сигар: в форме пчелиного улья, по поверхности которого были разбросаны крошечные латунные пчелки.
– То, что Уинтерборну больше всего нужно, нельзя купить.
– Если он чего-то не может купить, значит, оно не стоит того, чтобы это иметь.
– Как насчет дочери аристократа?"
"Уэстон медленно прошелся вдоль книжных полок, разглядывая названия, потом взял одну книгу и лениво ее полистал.
– Какого дьявола мы толкуем о выборе подходящей партии для леди Хелен? Ее будущее не твоя забота. После того как мы продадим поместье, ты ее скорее всего никогда больше не увидишь.
Девон провел пальцем по узору из пчел.
– Я не буду продавать поместье.
Уэстон чуть не выронил из рук книгу.
– Ты что, с ума сошел? Почему?
Девон не хотел делиться с братом своими соображениями, пока сам еще не до конца в них разобрался.
– У меня нет желания обрести славу безземельного графа.
– С тех самых, как стал пэром.
– Теперь, когда я пэр, имеет.
Уэстон окинул его оценивающим взглядом.
– Ты же никогда не рассчитывал унаследовать Эверсби, не хотел да и не был к этому готов. Это все равно что мельничный жернов на шее.
