– Кажется, я припоминаю, что у нас было правило относительно бриджей.
– Это не бриджи, а брюки.
Он изогнул бровь.
– То есть вы считаете, что допускается нарушать сам закон, коль скоро соблюдена его буква?
– Да. К тому же вы вообще не имеете права диктовать мне, как одеваться.
Девон сдержал усмешку. Если она хотела своей дерзостью остудить его пыл, то результат оказался прямо противоположным. В конце концов, он мужчина и к тому же Рейвенел.
– Тем не менее вас ожидают последствия.
Кэтлин неуверенно покосилась на него, но он сохранял бесстрастное выражение лица, а когда шли через конюшню к седельной, сказала, ускоряя шаг:
– Вам вовсе не обязательно меня провожать: уверена, у вас много дел.
– Но ничего столь же важного, как это.
– Что «это»? – не поняла Кэтлин.
– Найти ответ на один вопрос.
Она остановилась возле стены с вешалками для седел, расправила плечи и решительно повернулась к нему лицом.
– И что же это за вопрос?
Она стала снимать перчатки для верховой езды, методично стягивая по одному пальцу.
Девону нравилось, что она готова ему противостоять, хотя он вдвое больше ее. Она медленно сняла шляпку и бросила в угол. Ей стало понятно, что он с ней заигрывает, и ее хрупкая фигурка немного расслабилась. Сейчас, с раскрасневшимися щеками и чуть растрепавшимися после езды верхом волосами, она казалась очень юной. Он шагнул вперед, тесня ее назад, к стене между двумя рядами пустых вешалок, и запирая в маленьком пространстве. Ухватившись за узкие лацканы ее жакета для верховой езды, он наклонился к ней и тихо спросил:
– Что дамы носят под брюками для верховой езды?
Кэтлин, сбросив наконец перчатки, рассмеялась.
– А я-то думала, что такие дамские угодники, как вы, это знают."
"– Как-то не приходилось общаться настолько близко с наездницами.
– Значит, у вас все впереди, – неосторожно сказала Кэтлин и тут же оказалась в его объятиях.
Девон коснулся губами ее шеи, и Кэтлин натянулась как струна. После езды верхом ее кожа была теплой, чуть солоноватой, и от нее исходил удивительно возбуждающий аромат, к которому перемешивался запах лошади.
– Признайтесь: ведь в Лондоне вы наверняка немало покутили.
– Ну, было дело, хотя умеренно, – протянул Девон, – играл очень мало.
– А как насчет женщин?
– Ни одной!
Кэтлин скептически фыркнула, и он уточнил:
– Ни одной с тех пор, как увидел вас.
Кэтлин подняла на него озадаченный взгляд.
– У вас не было женщин с тех пор…
– Нет.
