Это же Брон.
Убедившись, что зверь окончательно и бесповоротно убит, мы с Айком подошли к туше. Старшина уже слез с головы зубана и вовсю кромсал его грудь, расширяя дыру в шкуре напротив межрёберной щели.
— Один на полночь, другой на полудень, — не отрываясь от работы, махнул Брон головой сначала на тот край ущелья, откуда притопал зубан, потом на тот, куда увёл наших Брымза. — Приведите остальных.
Ни вопросов задать, ни самим дать спросить. Может, это и к лучшему. Махнув Айку, я потрусил в свою сторону.
Если Брон не рассказал нашим про свой новый дар и свой план — а, зная этого молчуна, оно скорее всего так и было — то охотники ждут своего бесстрашного и безумного, по их мнению, старшину аж на выходе из ущелья. Айку, небось, и то меньше придётся туда и обратно бежать.
Так и вышло. Когда, найдя Брымзу и остальных, уже записавших, что нас, что и самого Брона в трупы, минут через двадцать я уставший до нельзя вернулся назад, Айк со вторым отрядом охотников уже был на месте. Впрочем, что я разглядел ещё издали, обогнали они нас ненамного.
— Вскрывайте туши. Даже растоптанные, — приказал перепачканный в крови с головы до ног Брон. — Надо всё собрать.
Ничего себе! А ведь сам он уже успел вскрыть зубана. И не только вскрыть. Кучка тёмного мяса, бывшего некогда сердцем чудовища, лежала размазанным по камням изрубленным месивом. Рядом весь в крови валялся мой позабытый топорик. Вот это я понимаю — скорость разделки.
Полчаса возни с раздавленными в большинстве своём тушами, и вот под предвкушающими взглядами охотников Брымза одно за одним шинкует сваленные в кучу сердца, складывая рядом добытые ценности.
Неплохо. Очень даже неплохо. Гривастый лев принёс сразу два семени жизни. Ещё одно дала загнавшая меня в пещеру самка. Четвёртым же порадовал козлорог — вожак стада. Вместе с почти шестью десятками бобов получался просто замечательный результат для одного дня охоты. А ведь это ещё Брон не положил в общак, который поделим по возвращению, найденное в сердце зубана.
Так как привлекать внимание к истории с ослеплением чудища мне не хотелось, первым лезть с этим вопросом к старшине я не стал. Айк пока, видимо по той же причине, так же молчал. Лучше пускай Брымза спросит. Или ещё кто-нибудь. Но стоило подсчитанным семенам и бобам оказаться в специальном мешочке, как Брон сам поднял волнующую меня тему."
"— На сегодня всё, — начал старшина в своей обычной спокойном манере. — Возвращаемся в лагерь.