— Отрицательно помотал головой капитан. — Видно, что он их искренне любит, да и говорит о них в настоящем времени, ни разу не обмолвился, что «Были» и по именам называет.
— В смысле? — Не понял я.
— Косвенный признак, но все же. — Объяснил мне полицейский. — Вот если бы он с ними что-то сделал, то знал бы, что их нет, а значит говорил, что дети «были» такими то, да разэтакими, а этот говорит в настоящем времени. И еще, он к ним по именам обращается, не мальчик девочка, а Алешка, Лидочка, Степка.
— Это то тут при чем?
— А при том! — Поднял указательный палец полицейский.
— В начале прошлого века, советские ученые делали исследование, посвященное людоедству, так вот, родители, употребившие своих детей в пищу, никогда после этого не называли их по именам, только, мальчик, девочка. Чтобы сотворить страшное, обычному человеку, нужно жертву обесчеловечить, обезличить. Вот я думаю с убийством подобная же система работает, не всегда, конечно, но как косвенный признак пойдет.
— Жуть какая. — Меня передернуло. — А зачем родителям детей жрать понадобилось?
— С голодухи, Дим! С голодухи. — Подмигнул мне Сан Саныч. — Это ведь сейчас время сытое, а всего сто лет назад, люди с голодухи мерли тысячами. Ладно! Хватит трепаться. Пошли работать, вон и волк твой бежит.
По улице и правда мчался волк, а за ним свора местных собак, заливисто лая и старясь его укусить, впрочем, мой напарник не обращал на них особого внимания, лишь изредка огрызаясь на самых наглых и дерзких, остановившись перед нами, волк возмущенно глянул на меня.
— Дим! Ну ты чего? Почему без меня уехали, я что сам должен бегать.
— А чего? — Усмехнулся я. — Устал? Тебе без меня и быстрее и лучше, вон сколько друзей по пути завел. — Я кивнул на беснующуюся свору, те боялись к нам приближаться, но и уходить не собирались.
— Эх ты, а еще друг называется. — Показательно обиделся волк.
— Ладно, не обижайся. — Я потрепал его лохматую голову. — Вернемся в город пирожков тебе куплю.
Лучше расскажи, что тут? Не просто же так, ты тут околачивался?
— Не просто. — Согласился волк, вот только выглядел он при этом почему-то очень смущенным.
— Что-то не так? — Ох не нравилось мне это его смущение.
— Не так. — Кивнул мой напарник. — След! Следа нет!
— Не удивительно. — Пожал плечами Сан Саныч. — Времени то сколько прошло, естественно, что след простыл.
— Это для ваших бобиков он простыл. — Волк горделиво выпятил грудь.
