— Димка! — Ко мне снова подлетела Полина и снова поцеловала в губы, потом подняла глаза на танцующую на столе парочку, секунду раздумывала, сорвала с себя платье и присоединилась к дикому кан кану, у этой лифчика не было, я попытался было отвести глаза, но увидев, что Римма смотрит на происходящее и искренне смеется, передумал, танец у них и правда получился веселый и несмотря на дефицит одежды, не пошлый.
Потом мы выпили и с ней, на этот раз уже вполне умеренно, и я расслабленный хмелем, принялся ей рассказывать о том, как я вообще попал в город.
Причем постепенно музыка стихла, и вокруг нас образовался небольшой кружок слушателей, таких же пьяных, как и я. Полина спала передо мной на столе и я, заявив, что имею на это полное право, так как это мой трофей, использовал ее ягодицу, чтобы ставить на нее стопку.
— Ну так вот! Прикиньте, сижу я в лесу. — Заяснял я слушателям. — И думаю, а ну как придёт лихо одноглазое, а я ему тогда загадку про вилку!
— Дима! Ты такой умный. — Марья запустила мне руку в волосы.
— Как жаль, что ты не красивый, тогда бы у нас все могло получиться. — Я повернул к ней голову и рассказ в очередной раз, наверное, уже в сотый прервался долгим страстным поцелуем, то, что я умный, но не красивый, я слышал уже каждые две минуты.
— Так. На чем мы остановились? — Проморгавшись снова начал я.
— На загадке. — Подсказала Римма, чертова провокаторша сидела почти что трезвая и забавлялась ситуацией.
— Ну так вот! Загадки! Запомните дети! Морковка. Морковка, вот ответ на все загадки.
— Дима ты такой умный…
— Вранье это все! — Услышал я, снова вырвавшись из горячих страстных объятий. — Я в интернете читал! Ответ на главный вопрос, «42». Вот! И никакая не морковка. А морковка, это вообще овощ! А лихо одноглазое овощи не есть, он на кето диете.
— Ем! Ем я овощи! — Возмутился кто-то из толпы. — Кето диета, прошлый век, нынче в моде кремлевская тарелка.
— Да замолчите вы! — Вмешался новый голос. — Если ответ «42», то что за вопрос то?
— Шестью семь сорок два.
— Тихо вмешался кто-то.
— Дима ты такой умный…
— Да я вообще молчал. — Я попытался было противиться, но решил, что мне происходящее нравится
Не помню уже как я вырубился и кто из нас продержался дольше, я или Марья, помню, что в конце концов я уже не был настолько уж не красивым.
Глаза я продрал в совершенно не знакомом помещении, Маленькая комнатка, в которой почти все место занимала огромная кровать, а с обеих сторон ко мне прижимались обнаженные тела.
