Хотя… Еще раз черт, я уже как Мику начинаю думать, бессвязными потоками сознания!
Кстати, откуда она знает, сколько нам еще идти? Она тут уже была? И если была, то почему не сказала? Загадки во тьме.
Лена оказалась права — вскоре деревья расступились, и мы оказались на немаленькой поляне, посреди которой стояло старое, но еще вполне крепкое двухэтажное здание. Сосны подступали к нему с двух сторон, но ко входу можно было подойти вполне свободно. Ночью, наверное, корпус выглядел бы довольно мрачно, но днем, под стрекотание сверчков, полеты пчел и божьих коровок и посвист невидимых птиц в ветвях все выглядело настолько мирно, что я даже засомневался в правильности нашего выбора.
Ну что может быть не так с таким очевидно нежилым и заброшенным домом?
«Спокойно, друг, — посоветовал внутренний психопат. — Ты еще не ходил по его подземным, залитым кровищей под самый потолок, лабораториям. Не встречал закованных в титан и чугун ужасных мутантов, созданных больным воображением бежавших нацистских докторов. Не видел переходов в другие миры, откуда к нам рвутся вампиры, зомби, псоглавые люди и прочая нечисть.
Но ждать тебе осталось недолго, вот увидишь».
А внутренний голос-то разошелся. Надо бы его приструнить. Потом.
До дома дошли спокойно, почва под ногами немного пружинила — видимо, местность начала заболачиваться, и оттого лагерь и перенесли. Зловещие события упорно отказывались происходить. Гитару решил оставить рядом с входом — брать ее внутрь никакого смысла нет, а так можно будет предположить, что человек музицировал рядом со зданием, да и отошел по нужде на минуту.
Какой из меня хороший конспиратор получается! Надо бы придумать, как зарабатывать этим на жизнь.
Я потянул входную дверь, и она отворилась — тяжело, медленно, с протяжным душераздирающим скрипом.
— Прежде чем мы рванем в это злачное место, полное смертельных опасностей и чудовищных пороков, словно пара бежавших из-под венца любовников, — сказал я, — давай условимся кое о чем. Во избежание.
— Давай условимся, — устало сказала Лена.
Выглядела она и впрямь не очень: лицо блестело от пота, глаза потухли, фиолетовые хвостики поникли. И даже оборот про любовников ее не заинтересовал и не смутил. Жаль.
— Мы не разделяемся, всюду ходим вместе, решения принимаю я, но у тебя есть право голоса. Команды исполняются быстро и без обсуждений. Никаких истерик, никаких разборок. Иначе лучше возвращайся обратно, а я пойду сам. Согласна с такой постановкой вопроса?
Лена медленно кивнула.
