Хозяин гостиницы, где тот останавливался с племянницей, торговец платьями, слуги и служанки, хозяин постоялого двора, где Мара останавливалась на обратном пути.
Он проработал там допоздна и выехал в четыре, чтобы быть в Хантце не позднее десяти утра.
глава 26
Внезапный отъезд короля не мог остаться незамеченным. И то, что снова объявлен перерыв на отборе, не могло радовать девушек. Особенно, леди Истелинду. Знаменитой красавице вообще многое казалось странным уже некоторое время. А уж невнимание его величества к ее прекрасной персоне… удивляло.
С того самого дня, когда король демонстративно встал и ушел, после того, как она пела специально для него, ей было, над чем призадуматься. Возможно, его шокировала ее смелость? Да, но она иногда позволяла себе куда большую смелость, и это поощрялось и приветствовалось.
Ей пришло в голову, может быть, королю не понравилось то, что песня простонародная. Может быть… Эта мысль расстраивала первую красавицу Хигсланда и заставляла ее хмурить прекрасные брови.
Принцесса Амелия держалась нейтрально, как будто ее это не волнует, но и она иногда хмурилась.
Отношения между двумя фаворитками отбора не то, чтобы натянулись, но стали прохладнее точно. Остальные девушки, группировавшиеся вокруг них, тоже как-то затаились. Все стало зыбко и неопределенно.
Это не нравилось леди Истелинде.
Как только матрес Пасквел вывела их в сал заниматься ваянием и живописью, Истелинда улучила момент, отвела смотрительницу в сторону и задала вопрос:
— А вы не знаете матрес Гермиона, чем вызван этот перерыв?
— Ну отчего же, — кивнула почтенная дама.
В отличие от матрес Елены Фоурм она охотно шла с девушками на контакт. Считала, что это помогает сохранить теплую атмосферу на отборе. Потому и проговорила доверительно:
— Его величество отбыл в провинцию по делам.
— Так срочно? — удивилась Истелинда и нахмурилась, прикусив губу.
— Вообще-то, это не для разглашения, — понизила голос смотрительница и огляделась. — И я сама не знаю точно, но это как-то связано с делом майстера Меркеля Хантца.
Что-то такое с податями.
Хантца?! Истелинда отодвинулась назад и подумала:
«Ах вот что!»
* * *Той ночью Маре опять снился страшный сон.
Как будто она в лесу. А вокруг стремительно темнеет. И вот уже между стволов из темноты начали появляться то там, то сям, огоньки глаз. Ей хотелось спрятаться, но от них спрятаться невозможно. Только бежать. И она бежала, а в темноте под ноги все время попадало что-то, и ветки цеплялись за одежду, за волосы.
