Его план начал действовать.
Но он не мог просто сопроводить Амелию до границы и сдать на руки отцу. Холдар не согласился бы так легко, если бы уже не придумал, как выгодно пристроить дочь снова. Он обещал Амелии, что поможет ей устроиться в Неполисскую Академию и стать магиссой.
Теперь многое зависело от того, как скоро отреагирует на его просьбу ректор Академии.
* * *Опять наступил момент вынужденного затишья. Король ждал известий из Неполиса и ворочал гору дел. Выслушивал доклады, отдавал приказания, но мыслями в это время был далеко.
Представлял, как девушка с серебристыми волосами ходит по замку, чем она занимается. Ему казалось, он ее видел. Являлись яркие мыслеобразы, как будто какая-то часть его была с ней.
Он уже отправил в Хантц ее служанку Гизел.
Потому что кроме старого слуги (его Родхар хорошо запомнил, не каждому достанет смелости стыдить короля и указывать, что ему делать), у нее там нет близких людей, на которых она могла бы опереться. К вечеру этого дня девушка должна быть на месте.
А пока…
* * *Наверное, влюбленным везет.
Потому что и часу не прошло, как на пороге кабинета Родхара возник высокий светловолосый мужчина и предствился:
— Магистр Ян Торин, к вашим услугам, сир.
Магистр выглядел немного взволнованно и настороженно, а Родхар мысленно усмехнулся, глядя на него. Он сделал приписку в письме, отправленном ректору Академии Неполиса, адресованную магистру Торину лично:
«Речь идет об интересующей вас особе».
И не ошибся.
Король медленно поднялся ему навстречу.
Но, прежде взглянул на секретаря, а тот и сам уже понял, поклонился и немедленно покинул кабинет. Повисла короткая пауза, во время которой мужчины изучали друг друга. Наконец Родхар произнес:
— Прошу вас, проходите, магистр.
А у того вырвался нетерпеливый жест, мужчина двинулся вперед и замер в центре комнаты.
— Сир, вы писали, что речь идет о… — прокашлялся магистр, оглядываясь на дверь.
Родхар имел возможность в очередной раз убедиться, что не ошибся. Однако ему нужны были гарантии.
— Так и есть, — кивнул он. — Скажите, вы работали с принцессой Амелией, дочерью Холдара Грихвальского?
Лицо магистра стало каменным, он церемонно поклонился и холодно выдал:
— Ничем не могу помочь. Подобные сведения не распространяются.
— Отлично, — кивнул Родхар, скдадывая руки на груди. — А теперь послушайте.
Мужчина еще больше помрачнел, в глазах загорелись нехорошие огоньки.
— То, что я вам скажу, должно остаться между нами.
