Незамужняя, училась на инженера в одном из лондонских вузов, перед войной пошла на курсы радистов, потом вступила в вооруженные силы. В боях не участвовала, находилась в штабах, занималась бумажной работой, сейчас трудилась старшим делопроизводителем в канцелярии комендатуры. Работы горы, все шумят, стрекочут печатные машинки.
Что тут правда, а что ложь, Владу было плевать. Он тоже не отличался правдивостью, повествуя о себе. Плел какую-то ахинею про работу в штабе с топографическими картами, про то, как сегодня вечером выехал с шофером по служебной надобности за пределы Берлина.
На обратном пути, уже в городе, отказал двигатель. Водитель остался дожидаться помощи, а он напрямую двинулся в нужный район. Потом выяснилось, что заблудился, черт занес его в британский сектор.
– Считайте, вам крупно повезло, Дженни, что я плутал по тому району. Не хочу вас пугать, но вам не поздоровилось бы.
– Я, кажется, начинаю понимать, Владислав, от чего вы меня спасли. – Женщина передернула плечами. – Как вспомню, так мурашки ползут по коже.
Вы такой сильный. Вступились за незнакомую женщину. Это так редко случается. Знаете, я очень впечатлена.
– Не смущайте меня, – сказал Градов. – В нашей стране принято защищать слабых и обездоленных. Именно такой вы мне показались. К женщинам, даже незнакомым, у нас очень трепетное отношение. Не такой уж я сильный, Дженнифер, просто эти уголовники оказались слабыми. Наглости много, нападают стаей, а каждый в отдельности – полный ноль и ничтожество. Как вы оказались в том районе? Тоже заблудились?
– Нет.
Ничего особенного. Вечером по делам службы находилась на Штокерштрассе, не успела засветло покинуть район, дела задержали, вот и пришлось возвращаться так поздно.
На душе у Влада было странно и непривычно. Эта женщина врала взахлеб, он тоже. Она могла об этом догадываться. Все же они неплохо себя чувствовали вместе. Это было опасно, с этим следовало кончать. В его задачу не входили столь близкие отношения с неприятелем. За такие выкрутасы можно было и под трибунал загреметь.
Дженни тоже не рвалась остаться в одиночестве. Она уже никуда не спешила.
Оборвались мрачные кварталы. Они вышли из переулка на Люберштрассе, освещенную фонарями. Этот район контрразведчик худо-бедно представлял себе. Тут стояли внушительные здания, кварталы контролировали британские военные. По улице еще ходили люди, проехала грузовая машина.
Встреча с патрулем не стала радостным событием, но и хлопот не доставила.
